Work Text:
В совпадения Феликс не верил, поэтому совсем не удивился, увидев кто стоит на пороге квартиры, в которой ему предстояло прожить ближайшую вечность. Никаких совпадений, только демонские проделки, и не ему на них жаловаться.
Феликс вздохнул. Стоило бы сразу догадаться кто этот слишком привлекательный тип, который час назад с явным удовольствием пролил на Феликса горячий американо, уронил в волосы жвачку, а затем оттоптал все ноги в метро. Стоило бы отвлечься от захвативших его радостных мыслей о том, что учёба наконец закончилась и больше никаких нравоучений, лекций и родительского контроля.
Радость несколько омрачилась небрежно вырезанным куском волос и некрасивым пятном от кофе на белой футболке, а виновник этих происшествий стоял сейчас перед Феликсом, расслабленно опёршись плечом о дверной косяк, и явно не чувствовал ни малейших угрызений совести. Хотя какая совесть у демонов, в самом-то деле. Феликс весь внутренне подобрался.
— И кто это у нас здесь? — протянул тип в дверях, слегка изогнув идеальную бровь. — Совсем зелёный демонёнок. Ты хоть школу-то закончил?
Дерзить Феликс не умел и не любил, а дерзить красивым взрослым демонам — тем более.
— Я закончил академию, — с запинкой ответил он и зачем-то добавил: — С отличием.
Тип громко фыркнул и закатил глаза.
— Проходи, — он посторонился, пропуская внутрь. — Меня зовут Минхо.
— Феликс, — представился Феликс, с любопытством оглядываясь по сторонам. — Но ты это и так знаешь, хён.
— Кухня, гостиная, ванная, — Минхо провёл быструю экскурсию по небольшой квартире, а затем подошёл к закрытой двери. — Это моя комната, входить запрещено. Я не шучу.
— А моя комната где?
— Дальше по коридору, — Минхо дружелюбно улыбнулся. — Добро пожаловать.
Он уже не скрывал за иллюзией ни рога, ни хвост, и они так удивительно ему шли, что Феликс почувствовал лёгкий укол зависти. У самого Феликса рога даже не начинали пробиваться, до первого большого зла они и не могли появиться, но всё равно было немного обидно.
— Дом, милый дом, — пробормотал он и толкнул дверь в свою комнату.
Внутри царило безумие. Феликс вздохнул. Он будто попал в мечту третьеклассницы: стены, мебель, ковёр под ногами, кровать с балдахином, подушки с рюшами, плюшевые зайцы, медведи, котята, разбросанные тут и там, — всё было розовым и блестящим. Отличный приём, спасибо, сосед. Феликс щёлкнул пальцами: развеивать иллюзии их учили ещё на втором курсе академии, ничего сложного.
Реальная обстановка оказалась вполне обычной, под стать остальной квартире. Феликс скинул рюкзак на кровать, прошёлся по комнате, заглянул в шкаф, провёл пальцами по столу у окна, неодобрительно прищурился, глядя на следы от пыли.
— Не удержался, — Минхо чинно стоял у порога, не заходя внутрь. — Ты слишком похож на светлого. Подумал, вдруг тебе понравятся розовая кроватка и медвежата.
В его голосе не было и тени раскаяния, но Феликс на это и не рассчитывал. Он прекрасно знал, что внешность у него больше ангельская, чем демоническая. Когда тебе об этом твердят с самого детства, поневоле выработаешь иммунитет к подобного рода заявлениям.
— Внешность обманчива, — Феликс вздёрнул подбородок. — Сдам на первую категорию, и никто меня со светлым не перепутает.
— Я бы пожелал тебе удачи, но не хочу, — Минхо сунул руки в карманы. — Сколько?
— Сто за год.
— Сто? — удивлённо переспросил Минхо. — Всего сто недобрых дел за год?
— Да, а что?
Минхо снисходительно хмыкнул.
— Как всё меняется. В прежние времена мы сдавали по двести.
Феликс тут же невольно проникся уважением.
— И ты сдал?
— С первого раза. Ты хоть знаешь, что делать нужно?
— Да, я…
— Будешь чай? — не дожидаясь ответа, Минхо развернулся и скрылся из глаз.
— Буду, — поспешил вслед за ним Феликс. — Я думал, ты кофе больше любишь.
— Нет, кофе был нужен только для того, чтобы тебя облить.
Феликс влез на высокий барный стул у кухонной стойки и замер, уставившись на Минхо. Тот принялся заваривать чай, двигаясь плавно, будто в замедленной съёмке, и вся эта ленивая мягкость обманула бы кого угодно, но не Феликса. Демон четвёртой категории в мгновение ока мог обрушить вокруг себя столько бед и несчастий, что всё вымерло бы в радиусе нескольких кварталов. У Минхо была пятая.
Феликсу отчаянно не нравилась эта практика, когда к более опытным демонам подселяли выпускников для адаптации и контроля. В конце концов, он уже не ребёнок, он закончил академию одним из лучших на курсе и вовсе не нуждался в няньке, даже если эта нянька была горяча как ад.
— Так что, — Минхо обернулся к нему с двумя дымящимися чашками в руках. — Расскажешь о своих грандиозных планах?
Он подвинул одну чашку Феликсу.
— И да, я мог вскипятить воду прямо в чашках и всё такое, но мне нравится процесс, — Минхо уселся напротив. — Процесс почти всегда намного интереснее результата. Итак.
— Итак, — повторил Феликс, чувствуя себя как на экзамене. Он вытер вспотевшие ладони о джинсы. — Я не должен выделяться среди людей. Не должен открыто применять способности. Должен пользоваться иллюзией в целях собственной безопасности.
Феликс так разволновался, что до скрипа обвил хвостом ножку стула. Минхо усмехнулся.
— Тараторишь как по дурацкому учебнику, — он отхлебнул из чашки и довольно зажмурился. — Прежде всего, тебе нужно найти работу. Завести круг общения, втереться в доверие, стать в доску своим, а дальше уже дело техники. Что ты так напрягся?
Минхо взглянул на него из-под ресниц.
— Это обязательно? — уточнил Феликс. Почему-то ему не приходило в голову, что нужно будет с кем-то сближаться. Он искренне считал, что легко совершит сто недобрых дел в этом большом городе, кишащем слабыми, завистливыми, порочными созданиями, чьими эмоциями и желаниями так легко манипулировать.
— Наивно так думать, — Минхо отлично читал мысли. — Увы, но все эти ваши дипломы с отличием не дают ни малейшего представления о людях. Они не глупые, Феликс. Возможно, жалкие и жадные, но совсем не глупые. Они хитрые, изворотливые, наблюдательные, некоторые из них слишком умны даже по демонским меркам. Ими не так уж легко управлять, поэтому таких юных мечтателей, как ты, и дают в нагрузку таким, как я.
— Не хочу быть нагрузкой, — пробормотал Феликс.
— Тогда слушай меня, — Минхо растянул губы в довольной улыбке. — Глядишь, и рога начнут расти.
Феликс вспыхнул и обхватил пальцами чашку.
— А ты где работаешь, хён? — чашка в руках была горячей, и он осторожно вдохнул густой пар. Что угодно, лишь бы не смотреть на Минхо и не видеть его насмешливый взгляд.
— Прошу тебя, — Минхо откинулся на спинку стула и небрежно взмахнул хвостом, — мы же не обо мне говорим.
— И как мне найти работу?
— Как все. Кто ищет, тот найдёт. Иногда она сама находит тебя, всё зависит от везения. Вот ты везучий?
Феликс поднял глаза от чашки и уставился на Минхо, размышляя, озвучить ли то, что действительно вертелось на кончике языка, или благоразумно промолчать.
— Видимо, нет, — ответил он. — Учитывая наше знакомство…
Минхо расхохотался так, что едва не свалился со стула.
— Встреча со мной — твоя самая большая удача, поверь. Когда допьешь чай, вымой за собой чашку, не люблю немытую посуду.
— Хорошо, — кивнул Феликс. — А куда ты сейчас?
— Спать, — Минхо широко зевнул. — Днём я обычно сплю, но сегодня ты сломал весь мой график.
— Ты работаешь по ночам?
— Прошу тебя, — Минхо закатил глаза. — Устраивайся, отдыхай, а утром я тебя разбужу.
***
Феликс долго ворочался с боку на бок. Лунный свет заливал пол, по стенам плавали неясные тени, в окно постукивала ветка слишком близко растущего дерева. Тихие шорохи, чьи-то шаги, негромкое покашливание — ко всем этим звукам Феликс поначалу тревожно прислушивался, а затем спокойно уронил голову на подушку. Старый дом жил своей жизнью, дышал, кряхтел, порой вздыхал, и стоило это понять, как сразу пришло спокойствие. Феликсу не было страшно, в конце концов, он сам был тем, кого стоило бояться, но от источника беспокойства он всегда старался избавиться.
Избавиться от мыслей о Минхо не получалось. Феликс совсем не так представлял себе и знакомство с ментором, и его самого. Если бы он не был так взбудоражен обрушившейся на него свободой, то не выглядел бы так глупо в их первую встречу. А теперь перед глазами постоянно маячили насмешливый взгляд, приподнятая бровь и улыбка, от которой хотелось с головой укрыться одеялом, только вот не помогало это совсем. Феликс таращился в потолок, стараясь не думать о Минхо и том, что им жить вместе минимум год.
— Интересно, сколько раз за этот год я успею выставить себя полным идиотом? — пробормотал Феликс и спрятал голову под подушку. — Надеюсь, меньше, чем сто.
Сон пришёл под утро, когда совсем рассвело, и Феликс едва успел задремать, как в дверь громыхнуло.
— Подъём, подъём, солнце встало, и ты вставай, — голос Минхо за дверью звучал отвратительно бодро. — Я даже сделаю тебе завтрак, но только в виде исключения, я не собираюсь кормить тебя вечно.
Вечно я здесь и не останусь, простонал про себя Феликс, но вслух ничего не сказал. Это было ни к чему, смех Минхо лишь подтвердил, что тот снова прочёл его мысли.
— Не лезь ко мне в голову, — пробурчал Феликс, зайдя на кухню.
Минхо обернулся с венчиком в руках.
— Что?
— Пожалуйста, хён, не лезь ко мне в голову, — повторил Феликс.
— Мне не нужно этого делать, ты и так, — Минхо ткнул в его сторону хвостом, — весь как на ладони. Сейчас я накормлю тебя самым вкусным омлетом в твоей жизни, мой самый неблагодарный сосед.
Феликс сел за стол и подпёр рукой голову. Минхо не переоделся после своего ночного отсутствия и готовил завтрак в кожаных штанах и чёрной футболке с принтом «Nirvana».
— Ешь и собирайся, время здесь течёт слишком быстро, год пролетит и не заметишь, — Минхо поставил перед Феликсом тарелку. На омлете он нарисовал кетчупом кривую рожицу с рогами. — Не сдашь на первую категорию, мне придётся писать отчёт, а я их терпеть не могу.
Минхо скрестил руки на груди и пристально уставился на Феликса.
— Чего таращишься?
— Макияж у тебя немного размазался, — Феликс опустил глаза. Интересно, где он всё-таки работает?
— Такое бывает, когда всю ночь очень много двигаешься. Понимаешь, о чём я?
Феликс закашлялся.
— Чему вас только учат в этих ваших академиях, — Минхо покачал головой. — Вымоешь тарелку, до вечера.
Он ушёл к себе. Феликс доел свой действительно вкусный завтрак и просидел на кухне ещё с полчаса, раздумывая о том, что весь смысл его пребывания в этом месте сводился к общению с Минхо, но сам Минхо всё сводил к мытью посуды.
***
— Легко сказать — найди работу, — бормотал Феликс себе под нос, шагая по заполненной людьми улице. — Мог бы хоть посоветовать что-нибудь. Работа, работа, можно подумать, она появляется из ниоткуда, раз и готово… Ой!
На полном ходу в него врезался какой-то парень. Феликс открыл было рот, чтобы возмутиться и высказать всё, что он думает по поводу тех, кто не смотрит по сторонам, но не успел вымолвить ни слова.
— Ты ищешь работу! — радостно сообщил ему незнакомец. — Я слышал, как ты говорил сам с собой, потом потерял тебя в толпе и вот нашёл! У меня есть то, что тебе нужно!
Парень явно был не в себе, и Феликс шагнул в сторону, чтобы обойти его. Никто в здравом уме не будет улыбаться первому встречному так широко и солнечно, будто наконец обрёл то, что долго искал. Незнакомец двинулся следом и ухватил Феликса за локоть.
— Ничего мне не нужно, — Феликс попытался осторожно высвободить руку, но парень держал его крепко. — Ты ошибаешься.
— Я никогда не ошибаюсь, — мотнул тот головой. — Кстати, я — Джисон, но все зовут меня Хани.
Феликсу не хотелось знать, кто эти все, но в тот же миг он сам себя одёрнул. Только что он жаловался на то, что работа не падает с неба, и тут же отворачивается от подвернувшейся возможности. Возможно, этот Джисон и не в себе, но какая Феликсу разница, если ему предлагают работу.
— Предположим, я заинтересован.
— Отлично, — просиял Джисон. — Здесь недалеко, буквально за углом, кофейня. Как у тебя обстоят дела с балансом?
— Лучше всех, — улыбнулся Феликс, понятия не имея, что за баланс имел в виду Джисон.
***
— Смотрите, кого я привёл!
Феликс остался топтаться на пороге, тогда как Джисон пронёсся между столиками и шлёпнулся животом на барную стойку.
— Идите все сюда!
— И кто это у нас здесь? — раздался чей-то голос, и не успел Феликс подумать, что слышал эту фразу совсем недавно, как его мягко обхватили за плечи и завели внутрь. — Мы ещё закрыты для посетителей, не стой в дверях. Я — Чан, администратор кафе…
— Он владелец, — встрял Джисон.
— Хани, — укоризненно взглянул на него Чан. — Зачем ты вот так сразу пугаешь человека?
— Он не из пугливых.
— Вы знакомы? — Чан пристально посмотрел на Феликса.
— У меня глаз намётан, — подмигнул Джисон. — Знакомьтесь, это наш новый официант… Как тебя зовут?
— Феликс, — ответил Феликс и незаметно для Чана щёлкнул пальцами у него за спиной. Ничего не изменилось, Чан не был светлым, как в первый миг решил Феликс, но у него точно были основания для сомнений. Не могут люди улыбаться так тепло и ясно, это не в их природе. Для верности Феликс попытался развеять иллюзию ещё раз, но результат был тот же.
— Официант это хорошо, — задумчиво протянул парень, протиравший столики у панорамного окна. — Только справится ли он?
— Чонин, — представил его Джисон. — Наше чудо чудное, наши ноги и руки, и сердце…
— Перестань, — попросил его Чонин и обратился к Феликсу: — Я здесь единственный официант, и когда у меня выходной, то подменяет Чани-хён, но скажу по секрету, это всегда катастрофа.
— Какой же это секрет, если ты прямо при Чани-хёне говоришь такое, — притворно ужаснулся Чан, прижав руки к груди, и тут же хихикнул. — Лучше тебя всё равно никто не справится.
— Буду рад, если у тебя всё получится, Феликс, и ты не сбежишь после первой же смены, как многие до тебя, — вздохнул Чонин, явно игнорируя Чана. — Как у тебя с балансом?
— Хорошо? — осторожно произнёс Феликс, уже понимая, о каком балансе они говорят.
— У тебя есть опыт работы официантом?
— Нет, но я быстро учусь.
— Он быстро учится, — развёл руками Джисон в ответ на укоризненный взгляд Чонина.
— Сможешь унести за раз, к примеру, пять чашек, семь круассанов, ничего не перепутать и не упасть посреди зала?
— Как долго ты будешь мне это вспоминать, Чонини? — простонал Чан. — Мне было больно, между прочим.
Чонин оставил эту тираду без ответа.
— Как видишь, у нас здесь очень тёплые, дружественные отношения, — подвёл итог Джисон. — Я отвечаю за приём заказов и расчёт, малыш Чонин работает в зале. Ещё у нас есть Хёнджин, он бариста, последнее время увлекается всеми этими зверюшками из пенки на парных чашках, но зачастую ничего не получается, а когда что-то не получается, лучше держаться от него подальше.
— И тебе доброе утро, Джисон, — за стойкой появился высокий парень и принялся протирать и без того блестевшую кофемашину.
У Феликса вновь возникло желание развеять иллюзию и вывести на чистую воду хоть кого-то из сотрудников кафе, куда, по всей видимости, отбирали только тех, кто влёгкую мог сойти за светлого. Хёнджина точно делали где-то на небесах, и Феликсу пришлось потрясти головой, чтобы привести мысли в порядок.
— С удовольствием приду сюда в свой выходной день, закажу всё меню и посмотрю, что выйдет у тебя, — продолжил Хёнджин.
Как всё удачно складывается, подумалось Феликсу, ведь его самого постоянно принимали за светлого, и это ли не знак, что он оказался в нужное время в нужном месте.
— Хёнджин у нас королева драмы, — доверительно сообщил Чан. — Немного.
— Много, — уточнил Джисон.
— Я всё слышу!
— И у него хороший слух, — Джисон забавно округлил глаза. — А это Сынмин, наш специалист по булкам.
— Я пеку круассаны, — Сынмин появился из-за спины Феликса, будто материализовался из ниоткуда. — Не булки, не пышки, не пончики, не рогалики или что ты там мог себе придумать. Круассаны с начинкой и без. Добрый день, — это уже Феликсу. — Я — Сынмин, мы все будем очень рады, если у нас появится ещё один отличный официант.
Он с такой надеждой посмотрел на Феликса, что ему немедленно захотелось оправдать все ожидания.
— У него нет опыта, — подал голос Хёнджин, и Феликс решил, что не такое уж он и ангельское создание.
— Как много здесь задержалось тех, у кого он был? — парировал Сынмин.
— Я буду стараться, — Феликс решил, что пора брать ситуацию в свои руки. — Мне нужна работа.
— Что ж, — хлопнул себя по коленкам Чан. — Тогда Джисон тебе здесь всё покажет, объяснит что к чему, а затем ты поступишь в полное распоряжение Чонина, и через пару недель — возможно, раньше, — он вынесет вердикт. Твоя судьба полностью в его руках. А моя миссия здесь окончена.
Чан счастливо улыбнулся и едва не вприпрыжку скрылся за служебной дверью.
— Вот всегда он так, — вздохнул Джисон.
— Он воспитывает в нас инициативность и самостоятельность, — Сынмин ткнул пальцем в лоб Джисону. — Скоро открываемся, соберись. Чанбин приезжал?
— Нет ещё, — Джисон сердито потёр то место, где побывал палец Сынмина.
— Нет? Сейчас же позвоню ему, у меня не хватит муки на смену, где его носит!
— Он ответит тебе то же, что и всегда, — пробки! — отозвался Хёнджин и запустил кофемашину.
— Чанбин наш основной поставщик, — пояснил Джисон Феликсу. — Ещё познакомишься с ним, отличный Чанбин, лучше всех. А теперь за дело, мы открываемся через пятнадцать минут, нужно быть во всеоружии, ведь наши любимые зомби-клиенты не могут без своей утренней дозы кофеина и капельки наших мозгов!
***
Домой Феликс вернулся как раз в тот момент, когда Минхо собирался выходить. Они столкнулись в дверях нос к носу, и Феликс выдал непроизвольное «вау». Чёрные джинсы, чёрная футболка с надписью «Metallica», подводка на глазах, небрежно растрёпанные волосы: Минхо выглядел адски привлекательно и ровно в той степени опасно, чтобы вызывать интерес и желание поиграть с огнём. Притягательность вышедшего на охоту демона обладала сногсшибательной силой.
Феликс коротко вздохнул. Вот он-то точно так выглядеть не будет никогда, даже если пройдут сотни лет.
— Надо же, чуть не разминулись, — Минхо скинул кроссовки. — Заходи, расскажешь, как успехи, только быстро, не люблю опаздывать.
— Я нашёл работу.
— Вот как, — присвистнул Минхо. — А вчера сидел тут, бубнил «не знаю, как искать, где искать».
— Оказалось, в кофейне неподалёку нужен официант, я решил, что это неплохая возможность.
— Кофейня, — Минхо задумчиво побарабанил пальцами по столу. — Большая проходимость, но с постоянными клиентами, плюс персонал для отвода глаз. Знаешь, а это и правда неплохой вариант. Только не спеши сразу зарабатывать очки, сначала — доверие, потом всё остальное. Ты успеешь набить сотню, я даже не сомневаюсь. Просто не спеши.
— Спасибо, — Феликс не ожидал услышать похвалу. — Я и не собирался сразу, ну…
— Отлично, — Минхо усмехнулся. — Значит, эта светлая голова не безнадёжна.
Минхо потрепал его по волосам, и Феликс замер, не зная, как реагировать.
— Я имел в виду только цвет твоей шевелюры, не напрягайся ты так.
Пока Феликс мучительно придумывал, что сказать, за Минхо уже захлопнулась входная дверь. Фантомный след от его ладони грел макушку, и Феликс даже осторожно потрогал её, мало ли, вдруг Минхо снова над ним как-то подшутил.
Он ведь почти целый день не вспоминал о Минхо, некогда было, а стоило вернуться домой, как за пять минут всё перевернулось с ног на голову. Феликс терпеть не мог свою влюбчивость, своё катастрофическое привыкание и стремительное падение в того, кто начинал ему нравиться. Он погружался полностью, с головы до кончика хвоста, и ничего не мог с этим поделать. У демонов не было души, но чувства, будто компенсируя её отсутствие, обострялись до предела.
— Тебе есть чем заняться ближайший год, — заявил Феликс своему отражению в зеркале. — И это точно не личная жизнь и всё такое. Сто недобрых дел — и ты свалишь отсюда, ты не обязан оставаться после. Всегда можно отправиться, — Феликс запнулся, — в Австралию, например. А что, далеко отсюда и всегда лето. К тому же, всё это безнадёжно, таким, как он, никогда не нравятся такие, как я.
Феликс вздохнул и отправился спать.
***
Дни полетели друг за другом так стремительно, что Феликс не успел и осознать, что прошёл почти месяц. Минхо был прав, время здесь текло очень быстро.
Работа в кафе кипела с самого открытия и до вечера, Феликс быстро втянулся и перенял у Чонина весь опыт, который тот мог ему дать. То, что он справляется на отлично, было ясно всем, но получить от Чана ободряющее похлопывание по плечу оказалось особенно приятно. Феликсу нравилась атмосфера и люди вокруг, запах молотых кофейных зёрен и аромат выпечки из кухни Сынмина, куда он запретил соваться всем, даже Чану.
Феликс познакомился с Чанбином, и каждый раз, когда тот приезжал с новой поставкой продуктов, вспоминались слова Джисона о том, что Чанбин отличный и лучше всех. Джисон не соврал, а Феликс оставил попытки поймать светлого за работой. Если бы кто-то из его новых знакомых на самом деле оказался ангелом и он смог его вычислить, то ему бы сразу зачлось с десяток недобрых дел, но все они были людьми.
С Минхо Феликс почти не пересекался и искренне считал, что это к лучшему. Они оба работали, Феликс днём, Минхо по-прежнему по ночам, и он всё так же не желал говорить о том, где именно. Феликс с его неуёмным любопытством решил, что всему своё время и он обязательно узнает, только позже.
Иногда у них совпадали выходные, и, сидя на кухне, Феликс увлечённо рассказывал о своих буднях. Минхо обычно молчал, и по выражению его лица мало что можно было понять. Феликс не знал, одобряет Минхо его действия или порицает, поэтому просто продолжал делать то, что делает. Ментор на то и нужен, чтобы в момент, когда ты оступишься, направить и скорректировать. По крайней мере, Феликс на это рассчитывал.
— Только не привыкай к ним сильно, — проронил Минхо в один из таких дней. — Они тебе не друзья, они — просто ступенька на пути к категории. Если понадобится, тебе придётся на них наступить, чтобы пойти дальше. Надеюсь, ты это понимаешь.
Минхо сказал это и отвернулся, чтобы заварить свой любимый чай из трав.
— А ты, хён, наступал? — помолчав, тихо спросил Феликс.
Минхо замер на пару секунд.
— Да. Поэтому прошу — не привыкай.
Феликсу закусил губу и почти решился обнять Минхо со спины, но тот обернулся с кривой ухмылкой на губах.
— Ты такой сентиментальный, Феликс.
— Это плохо?
— Для демона? Однозначно. Исчезни, мне надо подумать.
Феликс нехотя ушёл, оставив Минхо одного.
***
— Ты сегодня какой-то не такой, — заметил Джисон. — Рассеянный и несобранный. Что-то случилось?
— Нет, ничего, — вздохнул Феликс. — Спал плохо.
— Кошмары? — Джисон сочувственно сложил брови домиком.
— Что-то типа того, — кивнул Феликс. Не рассказывать же в самом деле, что всю ночь ему снился сосед по квартире и что у этого соседа есть рога и хвост. Очень гибкий хвост, между прочим.
— Только не это, — пробормотал Джисон. — Что ему здесь нужно?
Феликс проследил за взглядом Джисона и увидел невысокого полноватого мужчину средних лет, который с преувеличенным интересом осматривал помещение.
— Найди Чана, быстро, — отрывисто скомандовал Джисон, и Хёнджин, которому адресовались эти слова, отреагировал тут же, стоило ему заметить посетителя. В любой другой день он бы не упустил возможность послать Джисона самого исполнять свои же поручения, но явно не сегодня.
— Кто это? — поинтересовался Феликс.
— Господин О, наш пожарный инспектор, — в голосе Джисона сквозило пренебрежение. — Он был у нас буквально три месяца назад, до следующей проверки ещё минимум полгода. Где же Чан?
— Я здесь, — отозвался Чан. — Спокойно работайте, не дёргайтесь.
— В прошлый раз он выпил восемь литров нашей крови, а ты говоришь — не дёргайтесь, — Хёнджин скрестил руки на груди. — Может, ему в кофе слабительное подсыпать?
— А у тебя есть? — заинтересовался Джисон.
— Нет, но, думаю, у Сынмина найдётся.
— Ничего мы ему в кофе подсыпать не будем, — Чан строго взглянул на собравшихся возле барной стойки. — Идите работать. Чонини, прими у него заказ, раз уж он сел за столик. Возможно, ему просто захотелось выпить чашечку латте с симпатичным кроликом из пены, да, Хёнджин?
— Я ему такого кролика сделаю, вовек не забудет, — просиял улыбкой Хёнджин.
— Кстати, где наша монтажная пена? — задумчиво спросил Джисон.
— В кладовой, где же ещё, — не задумываясь ответил Чан и тут же спохватился. — Я запрещаю вам делать глупости! Примите заказ и оплату, он — клиент, как и сотни других. Всё.
— Не верю я в то, что он просто зашёл выпить чашеку латте, — пробормотал Джисон.
— Но это именно то, что он делает, — кивнул в сторону инспектора Чан.
Инспектор не спеша пил свой латте, отщипывал от круассана маленькие кусочки и отправлял их в рот, явно наслаждаясь процессом. После того, как Чонин принёс ему счёт, он достал ручку, что-то написал на чеке и степенно удалился.
— Что, что там? — все сгрудились вокруг Чана, пока он оторопело вертел в руках чек.
Феликс тоже заглянул Чану через плечо. Ровно и уверенно на листке была выведена сумма и ничего больше.
— Не слишком ли много здесь нулей? — Феликс, очевидно, озвучил мысли всех присутствующих.
Чан сжал чек в кулаке.
— Ничего он не получит.
— Ты уверен? — мягко спросил Хёнджин. — Он же может нас закрыть.
— Не закроет, — решительно ответил Чан. — Поеду поговорю с дядей, надеюсь, он сможет помочь. Джисон, ты за старшего. Закроешь кафе и проследи, чтобы завтра… Чтобы всё было в порядке.
— Всё будет в лучшем виде, босс, не беспокойся, — заверил Джисон.
— И почему ты всегда остаёшься за старшего? — возмутился Хёнджин, когда за Чаном закрылась дверь. — Я тоже отлично могу всех проконтролировать.
— Потому что я держу кассу, малыш, — ухмыльнулся Джисон.
— Если бы не я — и не Сынмин, — ничего бы в твоей кассе не было!
— Не злись, когда-нибудь и тебе начнут доверять что-то сложнее кофемашины.
— Ах ты…
Феликс не стал слушать дальнейшие препирательства, погрузившись в собственные мысли. Завтра он наконец-то сможет совершить свой первый недобрый поступок.
***
Господин О с удивлением смотрел на рулетку в своих руках. Он пятый раз делал замеры пожарного выхода в кафе и пятый раз получал разные результаты.
— Что за чертовщина, — бормотал он себе под нос, а Феликс едва сдерживал смех.
— Ты уверен, что это хорошая идея? — просил Сынмин у Чана, выкладывая свежую порцию круассанов на витрину. — Может, стоило ему заплатить?
— Пусть делает свою работу, — весело ответил Чан. — Наше здание соответствует стандартам, и документация в полном порядке. Дядя посоветовал дать инспектору то, чего он хочет — найти недостатки. Пусть ищет, а если найдёт, мы заплатим штраф.
— А если он нас закроет?
— Всё будет хорошо, — заверил Чан. — Видишь, он даже дверь не может толком измерить.
В этом, конечно, вины инспектора не было. Вина лежала целиком на Феликсе, и он был этому рад.
***
— Представляешь, он вспотел так, будто его уже в ад забрали, — рассмеялся Феликс. — Думал, у него усы от стресса выпадут.
— Значит, сегодня ты повеселился, — Минхо сидел напротив, наблюдая, как Феликс ест свой поздний ужин.
— Ещё бы! Творить недобрые дела так здорово, нужно скорее повторить.
— То есть ты считаешь, что сделал недоброе дело?
— Конечно!
— Интересно, — Минхо подпёр щеку ладонью. — Расскажи мне ещё.
— Ещё он полез проверять пожарную сигнализацию, начал чиркать зажигалкой, а она не работала.
— Ты?
— Нет, она правда не работала. Сначала. А я сделал так, чтобы заработала, — Феликс хихикнул. — Усов он всё-таки лишился. Что-то не так?
— Почему ты спрашиваешь?
— У тебя такое выражение лица…
— Какое?
— Я такого ещё не видел.
— Иди спать, ты устал, вот и мерещится всякое.
— Да, наверное. Я вымою посуду, спасибо за ужин, — Феликс с трудом держал глаза открытыми.
— Иди к себе, ты на ногах еле стоишь. Недобрые дела отнимают много сил.
— Да, — Феликс широко зевнул. — Я хочу стать хорошим демоном.
— Хороший демон, — хмыкнул Минхо. — Я будто в сказку попал.
***
— Ты слышал? — Чонин острым локтем толкнул Феликса в бок. — Нашу милейшую тётушку Мун вчера ограбили. И это уже не первый случай за последние недели.
— С тётушкой Мун всё в порядке? — спросил Сынмин. — У её внучки вчера был день рождения, она взяла три десятка круассанов, сказала, что у нас они самые вкусные. И нет, я не хвалю себя, это объективное мнение покупателей.
— Относительно в порядке, — Чонин вздохнул. — Они её очень напугали. Отобрали сумку и круассаны тоже. Она живёт здесь совсем недалеко, я встретил её плачущую на улице, когда шёл домой.
— Не ходите по одному, — попросил Чан. — Видимо, в нашем районе орудует банда. Будьте осторожны. Она же обратится в полицию, ты не знаешь, Чонини? И как они выглядели, она что-то сказала?
— Собиралась пойти сегодня с сыном, — кивнул Чонин. — Грабителей было трое, молодые, одеты в тёмное. Сказала, что от них резко пахло алкоголем. Это всё.
— Ещё раз попрошу всех быть осторожными, — Чан обвёл присутствующих взглядом. — Особенно тебя, Сынмин.
— Почему меня? — Сынмин беспокойно переступил с ноги на ногу.
— Они отведали твоих круассанов, их жизнь уже не станет прежней.
Чан спрятался за Хёнджином, но Сынмин только закатил глаза, развернулся и скрылся за дверью в кухню.
— Это не значит, что он забудет эту шутку, — сообщил Хёнджин Чану. — Вечно ты его дразнишь.
— Я не удержался, — Чан виновато развёл руками. — А теперь за дело, пора открываться!
***
— Это было просто, — Феликс вяло ковырял палочками рис. — Я нашёл их на детской площадке. Они вели себя некрасиво, что-то кричали, разбили бутылку соджу, потом едва не передрались между собой.
— А чего ты хотел от тех, кто по ночам грабит женщин? — спросил Минхо.
— Не знаю, — задумчиво протянул Феликс. — Представлял себе всё как-то по-другому.
— А как вышло?
— Тоже неплохо, — Феликс усмехнулся, вспомнив перепуганные лица грабителей. — Я запер площадку иллюзией, чтобы никто посторонний случайно ничего не увидел.
— И явился им в своём истинном облике?
— Да, жаль, у меня пока нет рогов, но хватило и того, что есть. Они были очень напуганы, всё кричали про хвост и красные глаза.
— У тебя красивые глаза.
— Что?
— Что? — Минхо вскинул брови.
— Ничего, — Феликс отвёл взгляд. — Они убежали сдаваться полиции. А у меня сил нет даже рис жевать.
— Со временем ты научишься это контролировать и постепенно привыкнешь.
— И не буду чувствовать себя так, словно меня вывернули наизнанку?
Минхо пожал плечами.
— Как повезёт.
— А может мне повезти прямо сейчас? — Феликс тяжело сглотнул и уставился на Минхо. — Можешь помочь мне дойти до комнаты?
— Всё настолько плохо?
Феликс мотнул головой.
Минхо подошёл и молча закинул руку Феликса себе за шею, сам обхватил его за талию и скомандовал:
— Ты хотя бы ноги переставляй.
Феликс старался, очень, он сконцентрировался на шагах так сильно, как только мог, но тело его совсем не слушалось.
— И за что мне такое наказание, — пробурчал Минхо, легко подхватил Феликса на руки и отнёс прямиком в кровать.
Феликс отключился сразу же, стоило только Минхо накрыть его одеялом.
***
Всё утро следующего дня Феликс задавался вопросом — показалось ли ему, или Минхо и в самом деле сидел возле него всю ночь? Мысль казалась бесконечно глупой, это же Минхо, забота в отрицательной степени, да и зачем ему? Вот Феликс мог бы просидеть у его кровати столько, сколько понадобилось бы, но Минхо к своей комнате не подпускал ни на шаг.
— Мог бы больше мне доверять, — тихо вздохнул Феликс, оглядывая полупустое кафе.
— Что ты там бормочешь себе под нос? — окликнул его Сынмин.
— Не очень много посетителей, — отозвался Феликс. — Работы почти нет.
— Жарко, ближе к вечеру жди. А Чанбин снова в своих бесконечных пробках.
— Разве он должен быть сегодня?
— Нет, но сказал, что завезёт какие-то новые зёрна для Хёнджина. На пробу.
— Это мило.
— Это бизнес, так говорит Чанбин, — тон Сынмина напрочь отрицал его веру в слова Чанбина. — Я пойду встречу его, он написал, что уже подъезжает.
Феликс принялся вытирать столы, время от времени бросая взгляд в окно. Сынмин мерял шагами небольшую площадку перед кафе и разговаривал с кем-то по телефону. Феликс слегка улыбнулся: из-за поворота появился фургончик Чанбина, и Сынмин махнул ему рукой, подойдя ближе к проезжей части.
На улице стояла полуденная жара, и Феликс засмотрелся на потоки горячего воздуха, поднимавшиеся от раскалённого асфальта. Мысли его снова крутились вокруг Минхо, и поэтому он не сразу понял, что прямо на Сынмина мчится явно потерявший управление грузовик.
Феликс сорвался с места. Чанбин не доехал до Сынмина каких-то пару десятков метров, отчаянно сигналил и кричал из окна, чтобы тот отошёл в сторону, но Сынмин продолжал говорить по телефону у самого края тротуара и лишь снова взмахнул в ответ.
Феликс не думал, просто действовал. Он пронёсся мимо немногочисленных посетителей, рывком открыл дверь, в мгновение ока пересёк площадку перед кафе, дёрнул Сынмина на себя и оттолкнул в сторону. Правое плечо и руку обожгло болью, Феликс закричал и провалился в темноту.
***
Сознание возвращалось постепенно, Феликс будто плавал в невесомости, не чувствуя собственного тела. Несколько раз он пытался открыть глаза, но веки были такими тяжёлыми, словно налились свинцом. Рядом звучали чьи-то голоса, но он не мог разобрать ни слова. Его утягивало в сон, и сопротивляться не было сил.
А затем его словно выбросило на поверхность. Феликс медленно раскрыл глаза и тут же закрыл их обратно: слишком много света.
— Эй, Феликс, ты как? — услышал он.
Феликс осторожно разлепил веки. Над ним маячило чьё-то лицо, очень красивое и очень светлое.
— Я, — проскрипел он, потому что в горле пересохло, — случайно попал в рай? Ты ангел?
— Нет, — ответил другой голос, подозрительно похожий на голос Джисона. — Это всего лишь Хёнджин. Хёнджин, уйди, ты пугаешь Феликса.
— Он сказал, что я ангел, почему это я его пугаю?
— Потому что он думает, что умер.
В поле зрения Феликса появилось лицо Джисона.
— Привет, герой. Ты нас всех напугал.
— Я не хотел, — Феликс попытался улыбнуться, но губы его не слушались. — Что произошло?
— Ты как Эдвард Каллен заслонил собой Сынмина и не дал грузовику превратить его в неприятное мокрое место.
— Но как самый обычный человек ты получил травмы, — подхватил Чан. — Ничего серьёзного, всего несколько ушибов, врач сказал, что тебе очень сильно повезло. Невероятно повезло! Через неделю будешь как новенький. Ребята, Феликсу нужен отдых, давайте оставим его поправляться, а завтра снова навестим.
— Я после смены зайду, — пообещал Джисон. — Ему же здесь скучно.
— А с тобой скучно не бывает, — усмехнулся Хёнджин.
— Когда это тебе было со мной скучно? — возмутился Джисон.
Феликс смог улыбнуться.
— Почему я ничего не чувствую?
— Это лекарства, — объяснил Чан. — Когда их действие пройдёт, ты будешь не рад.
— А Сынмин? С ним всё в порядке?
— Да, ни царапины. — Чан широко улыбнулся. — Я отправил его домой, стресс есть стресс. А ты отдыхай, набирайся сил, мы же не сможем без нашего второго лучшего официанта.
Феликс хотел что-то ответить, но вновь провалился в сон.
***
Домой Феликса отпустили через пять дней. Все эти дни бушевала страшная гроза, молнии яркими вспышками разрезали небо и на город стеной лился дождь. Феликс успел промокнуть, пока бежал от такси к дому.
— Хён? — позвал он, когда закрыл за собой дверь. — Минхо? Ты здесь?
За всё время, что Феликс провёл в больнице, Минхо ни разу не объявился. Не звонил, не навещал и сам не отвечал на звонки. Феликсу даже стало немного обидно. Если бы с ним случилось что-то более серьёзное, неужели Минхо было бы всё равно? Будь он на месте наставника, точно бы волновался.
Минхо вышел из своей комнаты, окинул Феликса с головы до пят и наморщил нос.
— Нужно поговорить.
Он открыл дверь в комнату Феликса.
— Заходи.
Отчего-то Феликс почувствовал себя виноватым, хотя понятия не имел, откуда это чувство взялось. Он зашёл и сел на кровать. Минхо садиться не стал, просто опёрся бедром о подоконник и скрестил руки на груди.
— Ничего не хочешь сказать?
Он не смотрел на Феликса, гораздо больше его интересовала непогода за окном.
— Ничего страшного не случилось, со мной всё в порядке, попал в небольшую аварию, — проговорил Феликс на одном дыхании. — Меня не уволили, я скоро вернусь на работу…
— Всё в порядке? — прервал поток его речи Минхо. — Ты считаешь, что всё в порядке?
От его голоса у Феликса спина покрылась мурашками и вспотели ладони.
— Ты сердишься? Я не понимаю…
— Ты. Спас. Человека, — голос Минхо отозвался раскатами грома в небе. — Демон спас человека. Как тебе это только в голову пришло? Я же предупреждал, не привыкай к ним. Они же просто песок, через сто лет ты и не вспомнишь о них. Что же ты наделал, Феликс?
Минхо наконец перевёл взгляд на Феликса. Глаза у него полыхали ярче огня из преисподней. Феликс впервые видел Минхо таким злым.
— Ты не чувствуешь ничего особенного?
— Нет, — осторожно ответил Феликс. — А что я должен чувствовать?
— Тебе душу вернули, — внезапно Минхо рассмеялся. — Тебе душу вернули, а ты даже не понял.
От его смеха Феликсу стало страшно.
— Как ты думаешь, чем я занимался все эти дни, пока ты был в больнице? Ох, ну откуда же тебе знать. Я заполнял кучу дурацких, никому не нужных бумаг и протоколов, а ещё выслушал немало нового о себе и, уж поверь, о тебе тоже. Сначала они возвращают душу, а уже потом оформляют её изъятие из чистилища. Никакого порядка, везде бардак. Даже там.
— Этого не может быть, — прошептал Феликс, оглушённый этой новостью. — Ты не обманываешь меня? Это не розыгрыш?
— Если бы, — с горечью ответил Минхо. — Это была бы моя лучшая шутка, после такого можно и на покой.
— И что, как мне жить теперь? — Феликс чувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Так страшно ему не было никогда.
— Ты теперь человек, Феликс. Мои соболезнования.
Минхо направился к выходу, но на пороге комнаты остановился и проронил, не оборачиваясь:
— Можешь пока остаться здесь, я тебя не выгоняю. В ближайшие сто лет мне вряд ли дадут нового падавана.
***
Через два дня Феликс отправился на работу. Он не знал, чем себя занять и о чём думать, как быть дальше и что теперь представляет из себя он сам и его жизнь. Сидеть без дела и ворочать одни и те же тяжёлые мысли ему надоело к концу первого дня. А на второй он решил, что если уж он спас жизнь человеку и взамен обрёл свою, земную, значит, такова цена его поступка и жалеть совершенно не о чем. Если бы он мог спасти Сынмина ещё раз, он бы несомненно это сделал.
Феликс, к своему удивлению, не чувствовал, что потерял что-то важное. Да, в первую минуту его оглушило это новостью, он лишился своих способностей и утратил бессмертие, но, оставаясь честным с собой, он бы не хотел такой жизни, как у Минхо. Минхо, кстати, хоть и разрешил остаться, полностью игнорировал существование Феликса, словно они не делили одну жилплощадь. Феликса это безусловно огорчало, но он решил дать Минхо время. Не всё сразу, пусть он привыкнет к мысли, что Феликс теперь несколько иной.
В кафе за время его отсутствия ничего не изменилось. Джисон принимал заказы на кассе, Хёнджин варил самый вкусный латте, и его зайцы из пенки вызывали неизменный восторг у клиенток. Сынмин по-прежнему выпекал самые вкусные круассаны в округе, а Чонин успевал разнести заказы всем столикам даже в час пик. Феликс с удовольствием окунулся в знакомую атмосферу и, хотя уставал теперь гораздо быстрее, чем раньше, чувствовал себя на своём месте.
Единственное, что огорчало, это Минхо. Он не хотел разговаривать с Феликсом и всё ещё сердился. Вторую неделю небо затягивали сизые тучи, громыхал гром и срывался внезапный дождь. Несколько раз Феликс промокал до нитки по дороге домой, но зла на Минхо не держал. Ему нужно было выпустить эмоции и отпустить ситуацию.
К выходным немного развиднелось, и в конце дня Чан предложил устроить в парке пикник.
— Давайте завтра немного отдохнём, — сказал он. — Я даю всем выходной.
— Мы закроем кафе? — с сомнением произнёс Чонин.
— Мы закроем кафе, — кивнул Чан. — Один день, ничего страшного, мы все заслужили.
— Я не откажусь, — Джисон подмигнул Чонину. — Будет здорово, не ворчи.
— А я могу, — начал говорить Феликс и тут же засомневался, — хотя, наверное, не стоит…
— Что? — Сынмин отряхнул руки от муки. — Говори.
— Я хотел позвать с нами своего соседа, можно?
— Этот твой загадочный сосед, — Джисон уставился на Феликса блестящими глазами. — Никто никогда его не видел, и вот наконец это свершится! Я уж подумал, что ты специально его скрываешь от нас, потому что у него хвост и рога растут.
От неожиданности Феликс закашлялся.
— Нет, ничего такого, просто он не очень любит новых людей. Вы точно не против? — он обвёл всех взглядом.
— Не против, — успокоил его Хёнджин. — Пусть приходит.
***
— Я никуда не пойду, — категорически заявил Минхо и попытался закрыть дверь в комнату, но Феликс успел поставить ногу в проём. — Тем более не собираюсь знакомиться с теми, из-за кого ты… Я сказал «нет».
— Хватит сидеть взаперти и злиться. Я знаю, ты злишься, из-за тебя всё время гроза и дождь льёт. Пойдём с нами, посидишь в сторонке, я дам тебе вкусный круассан.
— Круассан? — Минхо перестал выпихивать Феликса и часто заморгал. — Такой же, как ты приносил в прошлый раз?
— Даже лучше, — заверил Феликс. — Будут бургеры, круассаны и отличный кофе. Пойдём.
— Хорошо, — нехотя согласился Минхо. — Но я не буду с ними знакомиться.
— Ладно, — Феликс вздохнул, стараясь скрыть улыбку. — Я скажу, что ты слишком стеснительный.
— Кто, я? — возмутился Минхо и тут же стушевался. — Хорошо. Но с тебя круассан. Нет, три.
***
В парке повсюду валялись сломанные ветки, трава примялась от ветра, несколько скамеек оказались сдвинуты с места.
— Давайте немного наведём здесь порядок, — предложил Чан, и остальные согласились.
Минхо демонстративно уселся на сломанное дерево возле полуразрушенной беседки и уткнулся в телефон.
— Твой друг не хочет нам помочь? — спросил Хёнджин, указав подбородком на Минхо.
— У него была тяжёлая неделя, — Феликс покачал головой. — Пусть сидит и дышит воздухом.
Хёнджин в ответ лишь закатил глаза и принялся собирать ветки.
Позже они расположились на скамейках и принялись за еду. Феликс смотрел на лёгкие облака, медленно плывущие по небу, и чувствовал себя в этот момент почти счастливым. Почти — из-за Минхо, который упрямо сидел в стороне, жевал круассан, но очевидно пребывал в хорошем расположении духа, потому что грозой в воздухе больше не пахло.
Феликс поднялся и, делая вид, что бесцельно прогуливается, забрался в беседку, вернее, в то, что от неё осталось. Молния расщепила крышу, часть досок сгорела, а часть болталась, грозя обрушиться в любой момент. Феликс осторожно пробрался к тому месту, откуда можно было коснуться Минхо, стоило только протянуть руку.
— Если ты думаешь, что я тебя не заметил, то ошибаешься, — проговорил Минхо, не оборачиваясь. — Ты зря туда зашёл, эта беседка хлипкая, как карточный домик.
— Если бы ты не злился, то гроза не принесла бы столько разрушений.
— Если бы ты слушал меня, ничего бы не случилось, — Минхо взглянул на Феликса. — Не привыкал к людям, не был таким…
— Каким?
— Таким Феликсом. У меня, конечно, бывали проколы, ты же не первый, кого мне поручили, но чтобы так…
— И много у тебя было таких, как я?
— Таких как ты не бывает, ты один такой тупой идиот, — вспылил Минхо, но тут же улыбнулся. — Хочу поскорее забыть тебя. Мне будет чем заняться ближайшие сто лет.
— Так быстро забудешь? — спросил Феликс. — Пропустишь, как песок сквозь пальцы?
Минхо ничего не успел ответить, потому что пол под ногами Феликса громко затрещал. Балки накренились, Феликс потерял равновесие и, прикрыв голову руками, попытался отскочить в сторону, но рядом рухнули доски с крыши. Он оглянулся в поисках выхода, но вокруг поднялись пыль и щепки, забиваясь в нос и рот, ослепляя глаза. Кто-то схватил его поперёк груди и потянул куда-то вбок, Феликс вцепился в эти руки и крепко сжал пальцы.
Они сидели на траве с Минхо перед сломанной беседкой и никак не могли отпустить друг друга. К ним подбежали парни из кафе, наперебой задавая вопросы и предлагая помощь.
— Всё в порядке, — заявил Минхо. — Я сам о нём позабочусь, не толпитесь тут. Ты, — он обратился к Чану. — Дай воды и салфетки, если есть.
Феликс нервно хихикнул, глядя как Чан унёсся к своей сумке. Остальные отошли и расположились неподалёку, готовые в любой момент вмешаться.
— Можешь отпустить меня, — тихо проговорил Минхо. — Всё кончилось.
Феликс разжал онемевшие пальцы, и Минхо тут же развернул его к себе. Он смочил салфетку водой и принялся вытирать Феликсу лицо. У самого же красовалась широкая ссадина на скуле.
— Я… — начал Феликс.
— Не благодари. Я серьёзно. Не смей даже думать об этом, — Минxо тронул языком разбитые губы и так неподдельно удивился, что Феликсу стало его немного жаль. — Прошу, хватит влипать в неприятности.
— Ты же понимаешь, что ты сейчас сделал? — шум в голове Феликса утих, и он аккуратно взял руки Минхо в свои. — Ты только что спас жизнь человеку. Ты спас мне жизнь.
Минхо скривился, будто надкусил лимон.
— Я не хотел.
Он поднялся, отряхнул джинсы от травы и пыли, развернулся и зашагал прочь. Феликс смотрел на него и улыбался. Высоко в небе ярко светило солнце.
***
Минхо три дня не выходил из комнаты. Феликс решил его не тревожить, он помнил, каково было ему самому совсем недавно. Время от времени он украдкой приоткрывал дверь, вздыхал, глядя на лежащего ничком на кровати Минхо, и тихо закрывал её.
— Просто нужно время, — говорил Феликс себе и сгоревшему рису, который он безуспешно пытался научиться готовить. Вот Минхо отлично готовил, но у него были столетия на то, чтобы научиться.
По утрам Феликс желал ему доброго утра, вечером, вернувшись с работы, садился у порога комнаты и рассказывал, как прошёл день. Перед сном он заваривал любимый травяной чай Минхо и оставлял его в чашке нетронутым. На утро пятого дня чашка оказалась пустой.
Феликс опаздывал на работу, но всё равно сидел и гипнотизировал кружку Минхо на краю кухонного стола так, словно она могла рассказать, как и когда Минхо выпил свой чай. А затем он и вовсе перестал дышать, услышав шаги в коридоре.
Минхо осунулся, под глазами темнели круги, волосы свалялись в подобие птичьего гнезда, футболка с надписью «Deep Purple» была мятой, но для Феликса всё это не имело ровным счётом никакого значения.
— Привет, — сказал он. — Отлично выглядишь.
Минхо недоверчиво нахмурил брови.
— Как для человека?
— Как для тебя, — Феликс расплылся в улыбке. — Для Минхо. Будешь завтракать?
— Буду, но готовишь ты отвратительно.
— Ты даже не пробовал, — возмутился Феликс. — Ни разу.
— Я слышал все твои попытки сжечь рис.
— Есть замороженная пицца.
— Тащи. И чай.
Феликс подвинул ему дымящуюся чашку. Минхо протянул руки, обхватил её пальцами и довольно зажмурился.
— А теперь рассказывай, — проговорил он, не раскрывая глаз.
— Что именно?
Минхо взглянул на Феликса из-под опущенных ресниц.
— Каково это — быть человеком?