Actions

Work Header

Смелее!!

Work Text:

Алекс отдыхал с Николаем и Станиславом, слушая их перепалку, как какой-то уморительный стендап, к тому же эксклюзивный. Хэллоуиновская вечеринка была в разгаре.

Их группа выступила пару раз, разбавляя электронные миксы своими авторскими песнями. Алекс гордился собой. В этот раз штаны с него не слетели, а то их могли и утащить. У их группы собиралась небольшая фан-база, отличимая от фанаток Владимира, и даже у Александра есть почитатели, к его священному удивлению. Звучало дико, он до сих пор не верил в это, но эта была его новая реальность. В ней была музыка, популярность и… парень. Официально.

Несмотря на попытки Александра отговорить Владимира раскрывать их отношения, блондин был непреклонен. Даже уверения, что тот лишится фанатов, его не волновали. Это одновременно радовало и пугало брюнета. Изменения во Владимире трудно было заметить, но они были. Что делать с самолюбивым Вовой, он знал. А вот, что делать с блондином, когда тот любовался им (часто словесно, прямо как о самом себе), он понятия не имел. Чаще всего он дико смущался от комплиментов, но ничего поделать не мог. Вероятно, он тоже менялся в этих отношениях, но за собой ничего такого не наблюдал.

История с фанатками не оправдала себя. Прогнозы Алекса провалились, ибо Владимир стал ещё более популярным. Плюс и его припахал. Девушки с ума сошли от «горячего шиппа», который творился у них на глазах. Брюнет закатывал глаза, стараясь обходить помешанных стороной, в отличие от Владимира, который был готов хвастаться им где угодно и когда угодно.

«Было бы, чем хвастаться», – думал Алекс, косясь на бесконечно прекрасного Владимира с ужасным характером, которым был виден только ему (и был любим только им).

Блондин как раз продвигался к их трио, чтобы сделать самое милое селфи со своим парнем. Брюнет покорно придвинулся к Владимиру, улыбаясь. Тот чмокнул его в макушку, делая фотку.

– Хорошо, – выдал вердикт блондин, уткнувшись в телефон.

– Веселись пока, – сказал Алекс, – у нас выход через минут десять. Будь готов.

– У вас это нормально? – меланхолично спросил Станислав, кивая на ушедшего в сети Вову.

Алекс пожал плечами: – Да.

– Тебя не напрягает? – подхватил Николай. – Я ничего не имею против Владимира, но вы немного разные.

– Да неужели? – парировал Алекс, намекая на них.

Станислав понял, Коля – нет.

– Да, – сказал Николай, но Стас его толкнул в бок, прерывая.

– Всё нормально, – лениво отозвался Алекс. – У него есть цель в жизни, и кто я такой, чтобы мешать? Да, он посвящает этому много времени, и что? Я помогаю ему, и мы проводим много времени вместе. Так что от нехватки его внимания не страдаю.

С первого поцелуя прошел едва ли месяц, а их отношения набирали обороты. И Алекс страшился пика физической близости. Хотел ее несомненно, грезил бывало, но всяко робел, когда дело начинало накаляться при их встречах тет-а-тет.

Владимир не замечал никакого напряжения, но Алекс знал эгоцентричную натуру парня, понимая, что тот внимателен только к своим нуждам. Может, однажды, сам Александр войдет в чуткое поле интересов Вовы, но до этого было далеко.

Сам Алекс относился к их отношениям одновременно серьезно и легкомысленно. В силу своего педантичного характера он относился почти ко всему серьезно и щепетильно, уделяя своё внимание каждой мелочи. Так, преимущественно, было до Академии. Но опыт с временной петлей показал ему, что иногда события случаются вне его контроля. Иногда можно переиграть ситуацию, имея другие карты на руках. Иногда жизнь – это просто случайности, а не выбор. А иногда четкий выбор, который может не выбрать тебя в ответ. Александр не знал, правильно ли он размышлял об этом.

Иногда Владимир ловил его на философском погружении в себя, отвлекая приятными поцелуями в загривок. Он водил по его напряженным плечам, и Алекс не мог устоять перед таким душещипательным вниманием. Как можно думать о вечном, когда тебя обхаживал секс-идол Академии? Вот и Алекс не знал.

– Так, – властно сказал Владимир, – у нас много работы.

Алекс уныло посмотрел на гору фанатских писем, обычной кипой лежавшей на столе Вовы. Они только пришли с вечеринки, и Алекс не понимал, откуда у Владимира столько сил. Лично он был выжат и совершенно не горел желанием писать ответы.

– Вов, дорогой, ты же знаешь, я всегда рад помочь тебе, – промямлил Алекс, – но сегодня был адский день. Отложим до завтра?

Владимир скрестил руки на груди, поджимая губы. Алекс знал все его стойки и неплохо выучил мимику (иногда терялся перед игрой Вовы на камеру, но в целом понимал, откуда и куда дует ветер). Несмотря на опасность позы, Владимир пока молчал, о чем-то усиленно думая. Алекс сделал самую беззащитную моську из своего арсенала «пожалей меня, я несчастен», который редко работал, но вдруг хоть на его парне сработает.

– Ладно, – внезапно покладисто согласился Владимир, приближаясь к устало валяющемуся на его кровати Алексу, – тогда займемся кое-чем поприятнее.

Алекс вздрогнул под настойчивым прикосновением Владимира, который навис над ним. Внезапно как-то и силы появились, и желание работать бесплатно полночи, лишь бы не чувствовать горячего смущения.

Алекс откровенно стеснялся своей неопытности. Особенно перед Владимиром. Точнее только перед ним. Другие его не сильно интересовали в этом плане, поэтому он не переживал. А вдруг Владимира не устроит его тело? Или его навыки, точнее их полное отсутствие? Сам-то он был привязан к Владимиру, о чем не раз говорил ему. А вот его парень о чувствах не заикался.

Александр даже не был уверен, что чувства существовали. Таких мыслей он очень стыдился, считая их звоночком к недоверию в искренности Владимира. Но мнительная, тревожная сторона личности не могла угомониться. Что если он просто удобен? Владимир привык к нему, так как только Алекс мог долго находиться подле него. Он искал причины в чем-то материальном и простом, ведь сам Владимир молчал о своих мотивах.

Но в такие моменты, как сейчас, он почти верил, что дорог Владимиру, который шел на уступки, хотя обычно бы никогда не стал их делать. И одновременно боялся, что одурманенный своими чувствами он принимал желаемое за действительное. Чему верить в этом случае? Он терялся, ведь только недавно мало-мальски оброс стабильными социальными навыками.

Стоило ему перейти рубеж, найдя добрых друзей и приятелей, как судьба подкинула ему отношения. Стоило принять и их, как события стали форсироваться. Секс подразумевал иной вид близости, к которому Алекс, кажется, был не готов. Робость брала своё, а тревожные мысли стали вновь заполонять голову, делая его снова неуверенным в себе. Пока это не бросалось в глаза, но он опасался, что регресс уже начал свой ход.

Прекрасные глаза Владимира блестели желанием, и, несмотря на пагубные мысли, Алекс осмелился поцеловать его. Сердце неистово и гулко стучало в груди. Притягивая его ближе, Алекс убеждал себя быть смелым.

Владимир с мягким смехом перекатился на бок, от чего они могли спокойно уместиться на узкой постели. Их ноги неловко сплелись, но Алекс этого не замечал, млея под нежными краткими поцелуями.

– Приятно, – пробормотал Алекс в чужие губы, отвечая на краткие поцелуи немного лениво и сонно.

– Засыпаешь? – шепотом спросил Владимир. – Грешно в моем-то присутствии.

– Я закостенелый грешник, – со смешком отозвался Алекс, разлепляя непокорные глаза. – В твоем присутствии иначе никак.

– О, – удивленно сказал Владимир, – мне даже интересно, что такого грешного ты во мне нашел.

Обычно на флирт Алекс реагировал не менее рьяно. Он мог и язвить, и играться, и провоцировать. Но сейчас! В полумраке комнаты Владимира, окруженного его запахом и им самим, Алекс тушевался. Пусть они и были одеты, но находились в постели, прижатые так тесно, что если у кого-то встанет, то другой почувствует и будет уже не отвертеться. Ноги бы подкосились, но Алекс лежал, уютно устроившись на руке Владимира.

Алекс покраснел, надеясь, что в полумраке не видно, но ухмылка Владимира говорила об ином.

– Так что же? – понизив голос до недопустимо сексуального, спросил Владимир

– Ну, знаешь, – робко промямлил Алекс, вглядываясь во внимательные, но насмешливые глаза парня, – рукоблуд и все такое. Никаких приличных мыслей.

Владимир удивленно поднял брови на откровенность, от чего Александр хитро ухмыльнулся и чмокнул опешившего парня, пока тот хлопал глазами.

– Иногда ты меня удивляешь, – прошептал блондин, захватывая опухшие губы Алекса для поцелуя.

Ответная фраза потонула в поцелуе кратким стоном. Напряжение набирало обороты, и Алекс хотел бы растаять бесформенной жижей под Владимиром, но сосущий страх сковывал его, делая его движения неуклюжими.

Одна рука Владимира нежно массировала его затылок, перебирая волосы, а вторая ненавязчиво проникала под рубашку. Каждое движение чувствительно отдавалось в пах, гоняя кровь по телу. Он хрипло выдохнул, когда пальцы Владимира прошлись по чувствительной тазовой косточке.

Глаза блондина горели шальным огнем, и Александр понимал, к чему всё идет. И вряд ли в этот раз Симона будет выламывать дверь, угрожая расправой за ночной шум. Почти все были на вечеринке, и, Кракен его знает, почему Алекса дернуло вернуться раньше.

Мог ли Владимир рассмотреть это как намек?

О, черт.

Выкопать самому себе яму было в его стиле. Он лишь надеялся, что дрожь по телу воспринималась Владимиром за нормальную реакцию, а не за приступ панической атаки. Алекс неловко елозил, теряясь и в себе, и в ощущениях. Теплая ладонь Вовы жаром ощущалась на его талии.

Владимир отстранился, и брюнет вопросительно уставился на него.

– Ты опять много думаешь? – спросил блондин.

– Возможно, – уклончиво ответил Алекс, неосознанно облизывая губы. – Немного нервничаю.

– Я тоже, – отозвался Владимир, отводя взгляд куда-то за Алекса.

Это стало неожиданным для Алекса, он думал об опыте Владимира совсем иначе, но если поразмышлять немного, то все становилось логичным. Тот никого и не подпускал к себе ближе допустимого, фанаты были только вокруг него.

«Настало время быть смелым, Ал», – подумал брюнет и кратко чмокнул своего парня.

– Раз для нас это всё ново, – с дрожью в голосе прошептал Алекс, – давай не сильно форсировать события?

Легкий поцелуй был для него ответом. Стало как-то проще воспринимать и их положение, и происходящее. Алекс скромно расстегивал пуговицы на чужой рубашке, пока Владимир распалено оглаживал его ягодицы, объятые плотной тканью брюк.

Алекс оторвался от влажных губ парня, проводя ладонями по оголенной груди солиста и пробуя языком вкус кожи у ключиц. Пьянея от собственной смелости и пряного одеколона Владимира, он с напором целовал нежную кожу шеи, пока блондин пытался расправиться с непокорным ремнем.

– Только ты так плотно застегиваешь ремень, – ворчливо заметил блондин. – Педант.

– А ты проверял у кого-то ещё? – подколол Александр, отрываясь от шеи и стягивая окончательно чужую рубашку с плеч.

Он привстал, отвлекаясь от ласк Владимира.

– По сравнению со мной, – сказал Вова, и он бы закатил глаза, если бы не наблюдал за тем, как Алекс ловко расстегивал свои брюки. Тот от пристального внимания покраснел, закусив губу.

– Знаешь, после той истории на концерте в сентябре… – пробормотал Алекс, закидывая брюки на стул. – А ты?

Владимир как лежал без рубашки, разглядывая брюнета, так и не сдвинулся с места. Его взгляд бродил по оголенным бедрам, от чего Алекс смущенно прикрылся, сдвигаясь немного дальше. Владимир перехватил его на полпути, вновь сближая их тела.

– Ты очарователен, – прошептал солист ему в губы, прежде чем поцеловать.

Алекс разнежился от комплимента, отвечая на поцелуй, и немного нервно, но целеустремленно расстегнул брюки Владимира. Тот каждый раз постанывал, когда Алекс задевал полувставший член, от чего брюнет замирал, волнуясь.

Прошлый страх истлел, открывая дорогу подрагивающему волнению и смущению. Ему казалось, что он горел под ласкающими его ладонями Владимира. Ненавязчивая ласка заводила, а отсутствие штанов выдавало его возбуждение. Голова мутнела, а сияющие глаза солиста завораживали. Поцелуи заставляли усомниться в реальности, настолько опьяняющим было их действие.

Владимир напротив него выглядел недопустимо привлекательно и развязно. Алекс хрипло выдохнул, когда губы Владимира спустились по подбородку вниз к шее. Его руки уже смело оглаживали ягодицы, стягивая боксеры ниже. Хорошо, что на концерты Алекс, после сентября, всегда надевал приличное белье. Дыхание сбилось, и иногда ему казалось, что он задыхался от пылающего возбуждения. Они оба взмокли, от чего его непокорная челка стала прилипать ко лбу.

Он запустил руку в белье Владимира, оглаживая член парня. Владимир внезапно прикусил его плечо, громко постанывая. Алекс вздрогнул. Они столкнулись взглядами, тяжко дыша. Они словно увиделись впервые. Познакомились на каком-то новом уровне. Алекс не мог точно описать это ощущение познания, но видел это в отражении глаз Владимира. Будто удивление, сцепленное с любопытством, подогреваемое плотским желанием. Это искушало, заставляло двигаться дальше. Узреть границу дозволенного.

Алекс пробно двинул рукой по всей длине члена, немного сжимая пальцы. Наблюдать за тем, как глаза Владимира мутнели от желания, дорогого стоило. Хотелось ублажить сильнее. Залюбить до максимума, если это возможно. Сердце гулко стучало, когда Алекс любовался стонущим Владимиром. Его вело от жара и возможностей.

– Алекс, – простонал блондин, – Алекс, сожми ещё немного. Совсем…

Он немного придавил пальцами головку, от чего Владимир вскрикнул, резко кончая. Алекс опешил, растерявшись от быстрой развязки. Липкая вязкость чувствовалась на ладони, и он совершенно не знал, что делать дальше. Собственное возбуждение давило горящим клубком нервов, как и его потерянность в ситуации.

Владимир вслепую нашел его губы, медленно и глубоко целуя, смакуя каждое движение языка. Его рука прошлась по мокрому лбу Алекса, зачесывая влажную челку назад. Поцелуй в лоб был умилительно целомудренным и коварно отвлекающим. Владимир уверенно развернул его, укладывая на лопатки, подминая под себя смущенного брюнета.

Алекс бы и хотел сказать что-то, но горящий похотью взгляд Владимира выбил из него все слова. Раздразненный ласками тот походил на дикого кота, увидевшего желанную добычу. Алекс только и мог, что часто дышать. Владимир оглядывал его, словно приценивался. Алексу стало душно от тесноты их тел, от порочного взгляда. Он раздвинул ноги, пропуская блондина ближе, давая почувствовать свой стояк. Тело жило отдельной жизнью, бесстыдно требуя своей порции ласки.

Рука Владимира легла на его пах, изучая. Алекс чувствовал, что, если Владимир ничего не сделает, то он точно потеряет сознание от переизбытка возбуждения. Но тот стал ритмично надрачивать, а Алекс с помутневшим рассудком бесстыдно поддавался навстречу. Тело горело, как и разум. Он слышал гортанные стоны, и с удивлением понимал, что стонет он сам.

Взгляд Владимира он чувствовал сильнее, чем его руки. Он затягивал. Алекс тонул в жаждущем взгляде блондина, задыхаясь от удовольствия. В данный момент он чувствовал себя таким желанным и довольным, что было страшно, что это чувство пройдет.

Владимир притянул его к себе, поднимая их в сидячее положение. Алекс оперся рукой, чтобы не упасть обратно. Он почувствовал иное трение и опустил взгляд. Член Владимира снова встал. Солист зажал их вместе, потирая между собой.

Свободной рукой Алекс зачесал растрепанные волосы Владимира, и опустил ладонь на щеку парня. Блондин кратко поцеловал подушечку большого пальца, не отводя взгляда от лица Алекса. Владимир сблизил их еще, от чего они мягко столкнулись лбами. Хватка усиливалась.

Алекс нежно терся, постанывая в такт движениям. Владимир мимолетно поцеловал его в щеку. Алекса накрывало искрящее возбуждение. Он обхватил руками плечи блондина, обнимая, притираясь к чужому жару. Владимир ласково поцеловал за ушком.

– Как же я тебя люблю, – томно, едва слышно, прошептал солист.

Алекс был готов потерять сознание, когда кончил. Он излился пронзительным вскриком, прижимаясь к Владимиру всем телом. Потеряв ориентацию в пространстве, он размяк, падая обратно на спину, утягивая блондина за собой, чувствуя его оргазм животом.

Тяжело дыша, они вновь легли боком, слишком уставшие для поцелуев или движений. Алекс только прильнул ближе, чувствуя, как медленно затихало биение их сердец. Слова, которых он так ждал, прозвучали слишком внезапно и так откровенно, что было неловко. Но несомненно приятно.

– Это было нечто, – хрипло сказал Алекс погодя.

Владимир лениво обнял его в ответ, немного придвигая к себе, от чего Алекс кратко хихикнул.

Они понемногу остывали, от чего пот и сперма стали ощущаться неприятной липкостью. Разрываясь между ленью и чистоплотностью, Алекс недовольно завозился в объятиях Владимира.

– Нам нужно в душ, – сказал брюнет.

– Ты неугомонный, – со смешком сказал Владимир, на что Алекс покраснел.

– Кто о чем думает, – парировал Алекс, всё-таки вставая с постели. – Если не хочешь, оставайся здесь.

Дверь за ним гордо хлопнула. Владимир вздохнул, потягиваясь, но поднялся следом. Грех упускать возможности, раз его зовут с собой.