Actions

Work Header

Пригнись, любимый

Work Text:

– Пускают только парочки?
Е Сю онемел от внешнего вида спросившего. Полностью обнаженным тот не выглядел бы настолько... настолько.
Тот невзначай провел по тонкой полоске кожи между задравшимся краем футболки и низко сидящими джинсами, глядя вперед на начало очереди.
– Сегодня какой-то тематический вечер?
Е Сю отмер и включился в игру, притянув того ближе, словно для того, чтобы удобнее было шептать в ухо:
– Сам удивлен, ничего не предвещало.
Ему нужно было попасть внутрь, все детали задания были известны, кроме одной: собственно внешнего облика цели. Корейские пластические хирурги, чтоб их всех.

– Это вам что, гей-клуб? – Охранник нахмурился и хотел выставить их обоих. Не тут-то было: его новый знакомый вскинулся, схватил того за грудки и недоуменно уточнил:
– Ты сам-то пидорас каких поискать, я гляжу, так?
Е Сю быстро сориентировался, незаметно ткнул в пару точек на теле охранника, и тот обмяк.
– Невмоготу, как хочу веселиться.
– Я с тобой!
Они в ногу перешагнули живое препятствие.

Вопреки своим словам, Е Сю внутри сел у бара, заказал воду с лимоном, и принялся ждать условного сигнала, внимательно оглядывая людское море вокруг.
Человека, занявшего свободный табурет рядом с ним, сдернуло с места.
– А ты рисковый парень.
– Могу вернуть комплимент, – тот тоже цепким взглядом выискивал кого-то в толпе, и одновременно выглядел взбалмошным и безобидным.
Е Сю помотал головой:
– Нет-нет, оставь себе. У меня еще есть. Слушай, не уходи никуда. Я вернусь.
Су Мучэн наконец получила результаты сканирования сетчатки всех в этом здании, и Е Сю точно знал, кто должен ненароком разбить голову на скользком полу, подумать только, какая неприятность.

Две минуты и сорок семь секунд спустя крик прозвучал так громко, что перекрыл музыку. Из подсобных помещений, что заинтересовало Е Сю: его жертву пока не обнаружили.

Парень рядом с ним поморщился.
– Это было ошибкой, так стремиться сюда. Поищем место потише?
Е Сю, довольный тем, что уйти можно вместе, согласился с энтузиазмом.

Они сидели на крыше, пока не начал накрапывать дождь, пили из одной бутылки что-то высокоградусное, прихваченное Чжаном Цзялэ из бара: ни название, ни вкус не были Е Сю знакомы, правда, он лишь пригубил, а после, не моргнув глазом, отговорился утренней пробежкой и вернул прямо в руки, погладив запястье.

– Я как стеклышко, – уверял его Цзялэ, и Е Сю был согласен.
На все.

– Если зайдешь, у нас будет секс, – вежливо сообщил Цзялэ, стоя за порогом своего номера.
– Думаешь, я не могу себе позволить подобную цену? – притворно возмутился Е Сю.

Утро оказалось холодным, как коллекция его оружия. Записка на подносе с завтраком кое-что проясняла:
«Оплачено до завтра, выспись. Если суждено, встретимся вновь».
Е Сю уже тогда заподозрил: что-то не так. Как бы он ни винил глоток неведомого алкоголя, не так просто было обойти его острый слух.

Е Сю был дьявольски хорош в использовании информации о других людях, но тут он понял, что не знал чего-то о себе. Он чувствовал, как за пару часов ему вскружили голову.
Цзялэ был пластичный и переменчивый, открытый новому, полным занятных реакций на самые простые прикосновения и действия.

И месяца не прошло, как побочная операция «Личная жизнь» завершилась оглушительным успехом. У стен Запретного города Е Сю выкурил от волнения несколько сигарет одну за другой, и потому не мог трезво судить, насколько достоверно изобразил удивление, когда вышел из-за угла, столкнувшись с Цзялэ, который спешил изо всех сил.
– Ничего себе! Все-таки это судьба. Откуда бежишь?
Цзялэ нашелся:
– Перформанс! У меня здесь рядом был перформанс «Открытые объятия», я хотел выразить одиночество человека в мегаполисе и предложить спасение во взаимопомощи.
Он импровизировал вдохновенно, глаза блестели в неверном свете фонарей.
Е Сю широко развел руки:
– Как насчет обнять меня? Или ты не рад встрече?
Улыбка намертво приклеилась к его лицу: он только сейчас подумал, что, учитывая обстоятельства, тот должен относиться с подозрением к любым встречам, случайным или нет, особенно предполагающих близкий контакт.
– Я тут поискал тебя через Байду и даже в Гугле. Сам понимаешь, ничего не нашел.
Цзялэ схватил его за руку и повел за собой, ответил твердо:
– Творю под псевдонимом.
– А что так?
Цзялэ повел плечом, поглядел в сторону и наконец признался:
– Я своего рода рок-звезда от современного искусства. – Е Сю просто умер от формулировки. – Мой дом окружит полиция, как только поклонники узнают, кто я такой. В смысле, для охраны.
Он изо всех сил старался не рассмеяться, чувствовал, что это перечеркнет все шансы на продолжение их истории.
– О-о, сочувствую. Я ведущий дата-аналитик в блокчейн-консорциуме и не могу представить подобного поведения в отношении себя.

Их случайная встреча такой, конечно, не была: Е Сю искал Цзялэ целенаправленно, и верхушка его конторы изрядно потрудилась, чтобы ему помочь.
Он точно знал, каким искусством занят Чжан Цзялэ.

Тот прижал щекой к плечу телефон, который все звонил последние минут пять, и принялся искать по карманам ключи от арендованной на фальшивые документы машины, припаркованной, на взгляд Е Сю, неприлично далеко от места, в котором он его встретил. Ему давно не приходилось столько ходить.
Цзялэ выговаривал кому-то по телефону:
– Ты же знаешь меня, я ничего не делаю, как следует не обдумав.
Сенсорный экран по своему его понял и включил громкую связь.
– Что? Тут какие-то помехи, или у это меня слуховые галлюцинации, нужно проверить. Обдумав! Как следует! – Собеседник расхохотался.
Е Сю отошел на пару шагов, заслонившись спиной Цзялэ от ветра, прикурил, и сделал вид, что ему нет дела ни до каких разговоров. Пометки к характеру Цзялэ автоматически записались в файл. Он невпопад подумал, что «Цель номер один» звучит как название дорамы.

Е Сю подготовился, наметил план-минимум на вечер: развести Цзялэ на то, чтобы тот сам поделился контактными данными. Он не хотел неудобных вопросов о том, откуда ему известен домашний адрес.

Все его надежды оправдались с лихвой.

Оба не называли встречи свиданиями, но вели себя как парочки из романтических комедий, Е Сю через плечо Су Мучэн видел слишком много таких, чтобы не опознать опасные симптомы. Даже сходили пострелять в тир. Цзялэ вначале пытался изображать неумеху, но после того, как Е Сю показал, как надо, не сдержался.

Тут-то он со всей ясностью понял, как влип.

В итоге им не хватило рук для призов, и они раздали все мимо проходящим детям.
Уязвленный хозяин схватил Цзялэ за руки и взмолился:
– Не приходите ко мне больше! Оба.

Е Сю решил, что смеха чудеснее не слышал, и это хороший момент.
– У меня серьезные намерения, чтобы ты знал.
Е Сю умел добиваться своего, неважно, насколько невыполнимой на первый и даже сотый взгляд казалась задача.

***
На четвертую ночь после свадьбы Е Сю вскинулся среди ночи, поймал в темноте Цзялэ за ворот рубашки.
– Ты куда?
– Вдохновение не ждет! – Всерьез вжился в роль художника Цзялэ. – Ложись спать, это надолго.

Босс: РекламныйПроспектПиццерия-3.pdf
Уничтожение Зла: ?
Босс: Все подробности в прикрепленных материалах, как обычно.
Уничтожение Зла: более чем уверен, что всю пиццу там уже раскупили, и они закрылись.
Босс: Ты прав. Отмена.

Следить за успехами «художника» было сложно, но возможно.
Одно из выполненных им заданий пресса приписала маньяку. Цзялэ потрясал планшетом с зацензуренными фотографиями с места преступления и клеймил душевнобольными исполнителей. Как он был хорош в своем праведном гневе.
Е Сю миролюбиво говорил об искусстве, символизме цветов на крови, и стряхивал сигарету мимо пепельницы на ужас какой дорогой ковер, который Цзялэ привез из Индии и дольше, чем Е Сю был способен спокойно слушать, рассказывал, как боролся за него с другим покупателем.
На этом же ковре его и разложили.

Весь самоконтроль, который был у Цзялэ, тот тратил без остатка на Е Сю, к его явному восторгу.

Кажется, они тогда отметили третью или четвертую годовщину, как случилось странное. Е Сю гордился тем, как выполнил заказ: удаленно взломал системы умного дома, перепрограммировал охранные дроны и чуточку испортил робот-пылесос.

Передовица сообщала: криминальный авторитет был убит в собственном доме.

Цзялэ пролистал статью до конца и фыркнул:
– Скорее, с помощью собственного дома.
Е Сю попробовал его запутать:
– Ты хотел сказать, домом?
– Что я хотел, то и сказал. Кстати о моих желаниях. – Е Сю вскинулся с интересом. – Надо бы проверить наш и на всякий случай перепрошить систему.
– Могу посоветовать специалиста, – на автомате ответил Е Сю.
В конторе мало кто понял, как он это сделал, а Цзялэ после какой-то статейки попал в яблочко. Он следил за ним несколько недель, спровоцировал пару скандалов, но вынужден был признать: ложная тревога.
Тайна его работы таковой и оставалась.

Они вместе пережили кризис на рынке абстрактных скульптур и исполинских полотен, и Цзялэ обновленным и еще более опасным ушел из арт-концерна работать на себя.

С этой его легендой Е Сю потихоньку начинал разбираться, что из произведений ныне живущих авторов на аукционах Sotheby's действительно заслуживает внимания. Жаль, что Цзялэ не представился брокером, как знать, может они могли бы уже купить себе остров. Мысль была приятной.
Впрочем, – он оглядел, как тот увлеченно листает каталог штор, приглядываясь к узорам с таким спектром эмоций, что у него самого в жизни мало что вызывало, – в брокера Е Сю не поверил бы и пьяным. Ни на секунду.

Цзялэ без гнета конторы стал счастливее, и Е Сю, глядя на него, задумался о том, чтобы сбросить свои оковы.
Его тяготило, что приходилось обставлять выполнение заданий мишурой, использовать не максимально эффективные способы, а запрошенные заказчиком, и слишком многие хотели от него работы «в поле».

Но все равно, когда на Цзялэ накатила ностальгия, Е Сю не поддержал этот настрой. Слишком многое нужно было самому сделать, прежде чем поставить Тао Сюаня в известность о том, что их сотрудничеству конец.
– Мой бывший босс – исключительной адекватности человек. Хочу петь ему дифирамбы!
– Не надо, – попросил Е Сю. – Или подожди, я выйду за сигаретами. Тогда пой.
– Что?
– Не думаю, что за пять лет ты продвинулся в вокале.
– Мы шесть лет в браке! Шесть!

***
– Вот что я понял в свободном плавании фрилансера: в первую очередь нужно найти надежного бухгалтера. Это самый важный человек в жизни! – Не мог не поделиться радостью Е Сю: кадры решали все.
Счастьем было самому решать, с кем работать.

Цзялэ недобро смотрел сквозь него, навылет.
В почте висело сообщение с фотографиями: Е Сю с ослепительными, отрепетированными улыбками, в дорогущих костюмах, пил шампанское, кружил дамочек в танце, целовал им кончики пальцев.
Когда только успевал? Хотя… Ночные дежурства в дата-центре обретали смысл.
О, сколько разных способов мог бы использовать Цзялэ, чтобы покончить с этим обманщиком!

И все же что-то его смущало.
То ли так была подобрана обувь, то ли человек перед ним самую чуточку выше?
Он боялся, что ищет оправдания ради того, чтобы остаться в плену привычной жизни. Цзялэ решительно отменил все дела и отравился убедиться во всем своими глазами.

Место ему понравилось.
Мягкий свет в ресторане обволакивал парочку, которая… пыталась сговориться о цене здания в центре?
Цзялэ заглянул через оптический прицел в договор, сопоставил цифры, и по-новому взглянул на мужчину, за которым следил. Каков хитрец, если владелица согласится на эти условия, то с учетом расходов на строительство подземной парковки, а также все сопутствующие разрешения, сама останется должна покупателю, и все это в рамках закона.
Мысль не радовала, подобное было в стиле Е Сю… если бы тот занимался недвижимостью.
«Недвижимость!.. Это ведь скукота».

Цзялэ еще раз подумал, за каким чертом бросился проверять анонимку.

«Вот оно!»
Цзялэ наконец-то понял: он так долго смотрел ему в спину, а этот уже на все сто незнакомец ничего не почувствовал.
Е Сю же всегда просыпался, стоило ему бесшумно как профессионал только заглянуть в спальню. Провести его удалось всего раз, в начале знакомства.
Е Сю чувствовал его взгляд не то что спиной, а во сне!
От облегчения хотелось петь.

Цзялэ еще раз вгляделся в пугающе похожего на его мужа человека.
Мог ли Е Сю так держаться? Внутри вскипела уверенность: Е Сю мог и не так!

Он огляделся, с привычной сосредоточенностью выбирая, какой коридор использовать, чтобы обойти как можно больше камер. Мрачно шагал к выходу и пытался решить, кому мог быть выгоден разлад в его семье.

Цзялэ ворвался домой, оставляя за собой распахнутые двери, и ошарашил Е Сю, который расслабленно что-то набирал на клавиатуре, вопросом жизни и смерти:
– Я ревнивый?
– Мне-то откуда знать. Может быть? Не припомню, чтобы давал хоть какой-то повод, – он повернулся всем корпусом в сторону Цзялэ, но глаз от монитора не оторвал, заканчивая писать комментарий к строке кода. – В чем дело? Разве у тебя сегодня не открытие выставки? На которые ты никогда меня не зовешь?
Цзялэ не сдержался:
– Говорил, что сирота, а ведь я настоящих родителей привел на свадьбу. Мы квиты.

«Вот так сюрприз».
Е Сю медленно обернулся, исподволь нащупывая нож. Он принял вызов и бросился в бой:
– Современное искусство? Серьезно?
На это Цзялэ было что ответить:
– Я выучился во Франции на отделении изящных искусств, это правда.
– Но не зарабатываешь на этом. Как и я.
Е Сю отвлекся на мгновение, чтобы закончить работу: нажал «Enter» и где-то в Ла-Пасе перевернулся катер с наркоторговцами.
– Карты на стол, – предложил он. – Без недоволмок, коллега.
Невозможно было предположить, чем все закончится, сам Е Сю собирался до самой отставки играть в дата-аналитика, и плана на данный вариант развития не имел.
Была, конечно, инструкция, но на нее Е Сю наплевал шесть лет назад.

Картинка обретала четкость.
Поговаривали, что главный специалист конкурентов мог убить человека скрепкой, фитнес-браслетом – дистанционно, не говоря уже о зонтике, на котором тот сделал себе новое имя, уйдя на вольные хлеба.
Цзялэ оглядел Е Сю, пытаясь состыковать два образа. Возмущение пока только тлело, но грозило превратиться в пожар: какие еще навыки этот мастер на все руки скрывал и не использовал дома?

И тут через разбитое окно влетела пара дымовых шашек.

***
– Ты говорил, что ушел без ссор и драк, а сейчас заявляешь, что предыдущий босс не может забыть и простить?! И люди, что окружили наш дом – бывшие сослуживцы?
– Иди к папочке, – Е Сю поманил Цзялэ к себе, той самой рукой, в которой держал нож. – Похоже, они хотели, чтобы ты застрелил моего брата, а я за это – тебя.
Что разбилось совсем рядом, за столом из массива дуба было не разглядеть.
– Антикварное зеркало! – простонал Цзялэ, без единой царапины, но обливающийся кровью из-за погибающих предметов искусства, и Е Сю от этого звука стало совсем хорошо.
– Изобразим для них пламенную ненависть?
– Что значит «изобразим», да я сейчас тебя сам придушу!

Всю их семейную жизнь Е Сю развлекался, провоцируя Цзялэ с полным осознанием того, как смертельно может прилететь в ответ. И вот он дождался: тот коротко врезал ему по лицу, голову мотнуло назад, и Е Сю приложился еще и о стену.
В ушах загудело, колокол зазвонил по их семейной жизни.
– Непоследовательно. Сказал, что будешь душить, а сам-то...

Голова немного кружилась, поэтому Е Сю не рискнул открывать арсенал.
– Ты мне веришь?
Цзялэ помедлил с ответом, не отрывая взгляда от его лица, и наконец кивнул.
– Подпрыгни и дважды ударь по лампе.
Сделав, как велено, он укорил:
– Эта лампа старше наших прадедушек.
Стена напротив сложилась внутрь себя, открывая доступ ко всевозможным хитрым приспособлениям.
Похватав самое необходимое и переговариваясь знаками, они добрались до гаража.
На выезде из города машина резко затормозила.
– Прикрой меня!
– Ты куда?
– На коленке смешаю все для взрывчатки, рецепт простой. Обожаю хозяйственные магазины! Но нужен еще сахар! – голос Цзялэ доносился откуда-то сбоку, тот умчался по указателям к крохотному закутку с продуктами питания, только по дрожи света от фонарика Е Сю разбирал, где он.

Авангард преследователей к этому моменту их уже настиг. Цзялэ невозмутимо сложил добычу в багажник и достал телефон.

– Может поможешь? – Е Сю, конечно, и в одиночку справлялся с тремя противниками разом, но не отказался бы от точного выстрела Цзялэ.
– Не отвлекайся! – Отругал тот, не прекращая снимать. – Я решил создавать коллекцию редких материалов, буду главным специалистом по Е Сю. К тому же у тебя все и так получается.
Правда, типа, который замахнулся опасно близко к лицу Е Сю, все-таки пристрелил, позерски сдув несуществующий дымок.
Перед тем, как парировать новый удар, он успел послать в Цзялэ воздушный поцелуй.
– Словил, спасибо!

Целая боевая группа настигла их за мостом, у муниципального склада.

Ситуация была из разряда «сейчас или никогда».
Цзялэ как-то раз на спор выучил язык жестов, а Е Сю не мог позволить, чтобы его обошли в навыках.

Цзялэ, слившись с колонной, под градом пуль недоуменно посмотрел на Е Сю, и тот начал заново.

За шесть лет тот не впервые его удивлял. На периферии вертелись интересные мысли о том, какие у Е Сю точеные пальцы, и если тот их вот так повернет, как показывает…

Среди лотосов я на осенней воде
Засмотрелся на свежесть их и красоту,
Забавляюсь жемчужинками на листе,
Их гоняя туда и сюда по листу.
Мою диву сокрыла небесная даль,
Поднести ей цветок я пока не могу,
Лишь в мечтах я способен ее увидать
И холодному ветру поведать тоску.

Цзялэ тоже засмотрелся, сам не заметил, как метнулся к нему, перекатом ушел от шальных попаданий.

– Е Сю… – Цзялэ вздохнул, задумчиво посмотрел на него. – Не скрою, впечатлен: ты наизусть помнишь поэзию, я думал временами – ты неграмотный.
Е Сю обиделся, но убрал с родного лица растрепавшиеся пряди волос, заправил за ухо.
– Это еще почему?
Тот часто его укорял, что Е Сю не умеет считать, но в незнании иероглифов подозревал впервые.
– Сколько сообщений я оставил на холодильнике, хоть бы раз что-то сделал.
Е Сю развел руками.
– Если за день ни разу к нему не подойти, то как узнать, что там что-то есть?
Цзялэ его стукнул.
– За то, что я тебя игнорировал?
– Себя! Хватит игнорировать себя! – рявкнул на него Цзялэ.
Он выставил руку за колонну и не глядя сделал несколько выстрелов, все – в цель.
– Сколько у тебя?
Е Сю сразу понял, что Цзялэ имеет в виду.
– Давай вместе. Три, два, один…
– Шестьдесят!
– Триста... Ну знаешь, тут есть погрешность, или как это назвать. – Лицо у Цзялэ стало таким забавным, когда он услышал результат Е Сю. – Однажды мне заказали команду по бейсболу, вместе с запасными, менеджерами, в общем, всех. Никакая это была не команда, хотя кому я это говорю, сам знаешь, каким только прикрытием ни пользуются торговцы оружием. Пришлось угнать их самолет и уронить в океан. До сих пор ищут! – Е Сю закурил, сделал пару затяжек и продолжил: – Несколько недель никто не знал, где я, понадеялись, что не выплыву.
Он мягко рассмеялся, чужая некомпетентность в тот раз чуть не стоила ему жизни, но ведь все обошлось?
– Вот уроды!!! Хорошо, что ты их бросил.
Е Сю не думал в таких выражениях о своей конторе, но Цзялэ выглядел таким взбешенным, что он потянулся вперед и свободной рукой, держа сигарету на отлете, разжал его пальцы, впившиеся в ладонь.
– Останутся следы.
Тот рассмеялся и оглядел себя в зеркальной витрине, пошедшей сеточкой трещин: бронежилет был нашпигован сплющенными пулями разных калибров, над бровью запеклась кровь, а синяков под одеждой было не счесть.
– Ну ты уж впредь будь со мной понежнее.

– И все-таки, где же ты в нашу первую встречу прятал оружие?
Воспоминание за годы не потускнело ни на йоту: те кожаные штаны, что были на Цзялэ, они в номере разрезали прямо на нем, иначе снять не выходило.
– Сначала ты, – разулыбался Цзялэ и придвинулся вплотную.
– Профессиональная тайна. – Подразнил он. От Е Сю не требовалось многого, одна выверенная подножка. Он пришел в тот клуб безоружным и ушел сраженным наповал, как типичный пример сопутствующего ущерба среди мирного населения.
– Вот и я не скажу.

Точно в срок прогремел взрыв.

***
О важности хорошего бухгалтера Е Сю говорил не просто так.
Тао Сюань попросту забыл о сети Интернет-кафе, с которых начиналась великолепная империя. Когда его взяли за уклонение от уплаты налогов, то в наспех отремонтированном доме стихийно организовались посиделки всех, кто когда-то имел отношение к конторе, с едой навынос.
Цзялэ изящно расчленял устрашающих размеров торт, попеременно отправляя кусочки то себе, то Е Сю в рот.
– Я и не думал, что твой бывший босс насолил такому количеству народа. Вот еще чай к торту, бери.
– До чего прекрасная пара, – умилилась Су Мучэн.
– Временами мне хочется его убить, – сказали они хором, чем только сильнее ее обрадовали.
– И что мешает? Рука не поднимается?
– Ты проиграешь, – уверенно заявил Е Сю, глядя Цзялэ в глаза с нежной улыбкой.
– Кто знает? Может, это ты проиграешь, – не сдавался тот.
Он разулыбался своим мыслям:
– Всякое может случиться. Все-таки ты хорошо меня изучил, за семь лет-то.
– Шесть, – привычно поправил его Цзялэ.
«Попался!»
Е Сю выглядел настолько торжествующим, будто это он убил Кеннеди.
Он застегнул на Цзялэ многофункциональное устройство собственной разработки, которое в данный момент притворялось часами, похлопал по циферблату: полночь наступила несколько минут назад. Он повторил, улыбаясь:
– Мы вместе семь лет.
Цзялэ быстро перепроверил и растаял.
– Ну хорошо, – тихо сказал он, – можно еще семь раз по семь. Или сколько получится. Плечом к плечу. Я согласен.
– Спиной к спине, – припомнил Е Сю, как они отстреливались на заброшенном складе.

Сердце наполнила уверенность: если понадобится, вместе они смогут выстоять против целого мира.