Actions

Work Header

Ах, эта невинная месть!

Work Text:

Это был самый обыкновенный зимний вечер. На улице уже стемнело и весь Расколотый замок погрузился во тьму. Снег, кружась в причудливом танце, плавно ложился на всё поверхности, укрывая их. Это был один из таких вечеров, когда хочется сесть, закутавшись в тёплый пушистый плед у окна с кружкой горячего чаролада и просто смотреть на снег или читать какую-нибудь книгу в старом мягком переплёте.

В Янтарной зале царило спокойствие. Миракл и Нортон Огнев, время которого год назад стабилизировалось, мирно играли в карты и, казалось, даже не замечали присутствия в комнате Василисы, которая сидела в кресле у камина, читала какую-то книгу и, время от времени, наблюдала за игрой. Играли в карты мужчины уже довольно долго и девочка даже начала засыпать, однако разбудил её внезапное и, на её взгляд, слишком громкое восклицание Миракла.

— Нортон! Ну сколько можно?! — зодчий с праведным возмущением метал злобные взгляды в сторону друга, — Сколько ты ещё будешь мухлевать?!

Василиса ухмыльнулась. Это была уже 15 проигранная зодчим партия. Кажется, сегодня или совершенно не подходящий день для игры, или он, что вероятнее, просто не умеет играть.

— Не умеешь играть — не играй. Не моя вина, что ты столь невнимателен, — невинно пожал плечами Огнев и усмехнулся.

— Да вы оба играть не умеете, — послышался со стороны Василисы скучающий голоса. Впрочем, довольно быстро девочка опомнилась и дала себе мысленный подзатыльник. Не хотелось ей прерывать их.

Мужчины удивлённо уставились на девочку. Что же она имеет в виду?

— Василиса, — нахмурился Миракл, — Твой отец — лучший игрок на Эфларе.

— При желании его обыграет любой остальский пятикласник, — усмехнувшись, пропела Василиса и, решив что на этом разговор закончен, перевела взгляд на книгу. Однако её отец так не считал.

— Быть такого не может, — заявил Огнев, абсолютно уверенный в своих словах.

Василиса тяжело вздохнула, понимая, что теперь от неё не отстанут, и, отложив книгу, окинула взглядом Миракла, отца и колоду катр. Если вспомнить все те партии, что она сегодня видела, то складывалось впечатление, что играют два мальчика из 3 класса любой остальской школы. Впрочем, если Миракл не мог нормально сыграть от слова «вообще», то её отец, Нортон Огнев, мог сделать хоть что-то. И тут в голове зажглась маленькая лампочка…

— Хорошо… — протянула девочка, хитро сверкнув глазами, — Тогда докажи мне это. Ты и я. Играем на спор. Победишь, и я признаю тебя лучшим игроком Эфлары и… Хм… — девочка на секунду задумалась, — И перестаю общаться с Фэшем на месяц.

— На год, — прервал дочь Огнев, — Ты перестанешь общаться с ним на год.

— На год, так на год, — согласилась девочка, — Но если победа за мной, то я имею право загадать тебе любое желание без каких-либо ограничений.

Задумчивый взгляд отца и испуганный Миракла уставились на девочку.

— Василиса… — протянул зодчий, — Не рискуй! Он же тебя с потрохами съест и не подавится!

— Ну так что? — пропустив мимо ушей слова зодчего, Василиса хитро смотрела на отца, — Или струсил?

Если до этого момента Нортон Огнев сомневался и, более того, не горел особым желанием играть с дочерью, то теперь она откровенно и весьма нагло брала его на слабо. «А она знает, куда давить…»

— Миракл, — обратился Огнев к другу, не отрывая взгляда от дочери, — Раздавай карты.

— Нортон… — побледнел Миракл, испуганно глядя на друга, — А может не надо? Она ж дочь твоя всё-таки!

— Господин Миракл, — улыбнулась Василиса, снисходительно глядя на зодчего, — Вы бы лучше за него переживали.

Миракл посмотрел на Василису, потом перевёл взгляд на Нортона. В голове билась мысль о том, что зря всё это затеяно и небольшая надежда на то, что девочка точно знает, что делает. Вздохнув и покачав головой, зодчий начал раздавать карты. Игра началась…

Спустя 2 часа

Чёрная королева тихо и мирно прогуливалась по коридорам Расколотого замка. Сегодня был на удивление спокойный день. Юные повелители времени не хулиганили и не лезли на рожон, Астрагор мирно сидел в янтарной шкатулке, а других проблем на горизонте видно не было. Добрый, определённо добрый знак. Легко вздохнув, женщина толкнула дверь в Янтарную залу и вошла.

В помещении была довольно странная атмосфера, создавшаяся усилиями всего трёх человек. Все они сидели за столом и, кажется, играли в карты. Василиса сидела и всеми силами старалась сдерживаться. Только вот от слёз или от смеха Чёрная королева судить не решилась. Миракл сидел и просто наблюдал за игрой. Он переводил взгляд весёлых глаз с Василисы на её оппонента и, кажется, тоже старался сдержаться. Третьим человеком, сидящим за столом, была женщина явно не знакомая Чёрной королеве. Впрочем, вспомнив перешёптывания Ордена Дружбы о принятии кого-то нового, Нерейва успокоилась и, направившись к играющим, внимательнее присмотрелась к незнакомке. Милого вида зеленоглазая блондинка с довольно резкими чертами лица. Чёрный костюм довольно удачно показывал все прелести фигуры, а лёгкий макияж не бросался в глаза и смотрелся просто замечательно.

Подойдя к столу, Нерейва поздоровалась со всеми, немного пожурила Василису за то, что та всё ещё не спит, посетовала на Нортона за то, что не следит за дочерью и, наконец, обратилась к незнакомке.

— Мне кажется, госпожа, мы с вами незнакомы. Вы новый член "Ордена Дружбы"?

Тишина… Недоумённый и даже какой-то обиженный взгляд незнакомки вперился в Нерейву, а со стороны, спустя несколько секунд, раздался очень громкий смех, в народе называемый «дикий ржач». Королева удивлённо смотрела на внучку и зодчего и совершенно не понимала, что такого смешно могло случиться, что Василиса от смеха даже не смогла удержаться сидя и сейчас находилась где-то под столом, а Миракл, всё от того же смеха, уже не мог нормально вдохнуть. Однако очень скоро всё прояснилось ибо заговорила незнакомка…

— Матушка, вы издеваетесь? — с лицом, выражающим одно сплошное раздражение, произнесла грубым басом блондинка.

Раздался грохот. Это Миракл присоединился к Василисе под столом. Нерейва же шокированно смотрела на женщину. Впрочем, в том, что это женщина, королева уже не была уверена. «Как она меня назвала?..» — пронеслась в голове мысль.

— П-прошу прощения?.. — на данный момент это был предел возможностей Нерейвы. Странная незнакомка тяжело вздохнула и покачала головой.

— Неужели всё настолько плохо? — пробурчала она куда-то в потолок, а Нерейва наконец узнала голос.

— Нортон?! — смех из-под стола стал ещё громче. Огнев кивнул и недовольно уставился на дочь и друга, — Как так-то?.. Что произошло?

— Просто я — прекрасная королева единорогов… — обречённо вздохнув, ответил Огнев, при этом краснея то ли от смущения, то ли от злости.

— Ч-что?.. — Нерейва уже совершенно потеряла всякую способность к адекватному рассуждению. В голове мелькали обрывками вопросы и предположения о том, как такое могло произойти, но всё это происходило будто бы в тумане, а потому женщина смогла лишь в предобморочном состоянии опуститься в кресло, предусмотрено начасованное задыхающийся от смеха Василисой.

— Я — прекрасная королева единорогов, — повторил Огнев, видимо уже смирившийся со своим позором, — и я просто великолепен. Надо, чтобы все об этом узнали.

Из-под стола показалась тоненькая дрожащая ручка Василисы, показывающая поднятый вверх большой палец, а после раздался новый взрыв немного утихшего до этого хохота. Чёрная королева переводила шокированный взгляд с сына на внучку и совершенно не понимала, что тут происходит. Нортон занимался примерно тем же, однако взгляд, да и выражение лица в целом показывали его недовольство данной ситуацией, а взгляд перемещался с Василисы на Нерейву. Наконец из-под стола показалось покрасневшее лицо Василисы. Девочка попыталась подняться, оперевшись рукой на стол, но, завидев хмурое лицо отца вновь залилась звонким смехом и плюхнулась на кресло. Нортон покачал головой, однако выражение лица его смягчилось и даже появилась лёгкая улыбка.

— Насмеялась ты сегодня.

— Прос… Хаха… Прост… Ха… Прости-и… Хахаха! — пыталась выдавить девочка, однако выходила слабовато.

— Ты ведь даже не жалеешь об этом! — Огнев возмущённо посмотрел на дочь, на что та лишь кивнула, подтверждая слова отца. Нортон вздохнул и пробурчал, — Никогда бы не подумал, что моя дочь может быть такой коварной в своих желаниях.

— Что тут, Астрагор вас возьми, происходит? — наконец смогла выдавить из себя Нерейва.

Женщину порядком напрягала вся эта ситуация и она искренне хотела понять причины такого неожиданно поступка сына и причастности к этому желаний Василисы. Ответил Чёрной королеве Миракл, который уже успел просмеяться и теперь имел возможность нормально говорить:

— Не переживайте так, Ваше Величество. Всё нормально. Просто ваша уважаемая внучка развела вашего сына на партейку в карты. В итоге он проигрывает ей уже третий час подряд, — Миракл широко улыбнулся глядя то на девочку, то на друга, — Не пойму только, чего же она над ним так издевается…

Смех Василисы к этому времени уже стих и сейчас она сидела и вытирала слёзы, выступившие на глазах от смеха. Услышав слова зодчего, девочка посмотрела на отца и, ехидненько ухмыльнувшись, произнесла:

— Считай, что это моя маленькая месть, — все удивлённо посмотрели на девочку. Настолько неожиданными были слова юной Повелительницы Времени.

— Что ты имеешь ввиду? — нахмурился Огнев.

— Ты же не думал, что всё, что происходило между ними пока я была ключницей, все твои подставы, обманы, недоговорки, наша первая встреча и твоё тринадцатилетнее отсутствие сойдёт тебе с рук? — девочка выгнула бровь.

— Почему-то мне казалось, что мы с тобой выяснили отношения и… — Нортон немного запнулся, — И ты меня простила. Впрочем, ладно. Хорошо, я понял. Я ведь даже малейшего проявления злости не видел с твоей стороны.

— Ну… Знаешь как на Остале говорят? «Мир, дружба, жвачка, а месть по расписанию», — девочка усмехнулась, — Не зацикливайся на этом. Я простила. Правда простила. Просто… Этот червячок мести. Чтобы он не стал реальным монстром, надо уничтожать его на корню. Чувствам нужен был выход и это самое безобидное, что я могла сделать. Но это вовсе не значит, что я не простила тебя. Более того, могу сказать, что после всего ты… — Василиса запнулась, думая сто сказать, — Ты очень мне нужен. К тому же… Я не думаю что ты сильно расстроился из-за этого.

Все сидели и изумлённо смотрели на Василису, а девочка смотрела в глаза отца. Подобного признания не ожидал никто. В душе Нортона что-то больно кольнуло. Он ведь до сих пор искренне считал, что Василиса злиться на него и потому старался меньше попадаться ей на глаза, чтобы не разочаровывать дочь ещё больше. Каждый их разговор казался ему неприятным для девочки, а оказалось, что он сам, своими руками не даёт им наладить отношения.

Нерейва думала, что Василиса слишком лояльно относится к Нортону. Однако именно это вызывало и восхищение. Простить такое пренебрежение… Какой же доброты и силы должна быть душа? Украдкой в голове проскочила мысль о том, что и ей пора бы помириться с сыном. В конце концов они все оказались обмануты Астрагором. Ну, а способ отыграться очень порадовал женщину. В конце концов, до такого не додумался ещё никто.

Миракл же просто радовался за эту странную семейку. Он искренне симпатизировал Василисе, отчаянной девочке, способной отдать всё за дорогих людей, и он был близким другом Нортона, который, в последнее время довольно часто думал об их с дочерью отношениях. И он был рад, что они всё выяснили и теперь дела пойдут в гору.

Василиса, наконец, встала, прервав переглядки, и, потянувшись, зевнула.

— Ладно… Что-то я устала. Пойду, пожалуй, спать. Спокойной ночи, — девочка помахала всем рукой и, развернувшись, направилась к выходу, однако у двери её настиг восторженный голос Нерейвы.

— Ну Василиска… Такой подлости даже я бы не придумала…

— Хаха… — хихикнула девочка, — А ведь это только половина его проблемы.

— Чего?! — встрепенулся Огнев, — В каком это смысле «половина проблемы»?

— А я разве не сказала? — по лицу девочки растянулась коварная ухмылка, — Косметика то… Водостойкая.

Дверь с характерным звуком захлопнулась, оставляя шокированного Нортона и смеющихся Миракла и Нерейву наедине друг с другом…